— О, а вот и десятка из колоды вышла, — прорезался на канале связи Лис. — Женечка, прибереги этот экземпляр, у нас с ним настоящий флеш-роял выходит.

— Я его, конечно, сохраню, если только он меня сохранит, — без особого энтузиазма отозвалась девушка.

— Шо за беспробудный пессимизм? Где трезвый взгляд на ценообразование выеденного яйца? Подумаешь, велика беда, приговорили без суда и следствия. Права человека проигнорировали, будто их и нет. Так их здесь и нет!

К твоему сведению, нас с Вальдаром столько раз приговаривали, шо после сотого приговора мы от утреннего кофе отвлекаться перестали. Гиннес тихо рыдает в свою книгу! Вот, к примеру, один раз…

— Господин инструктор, — обиженно взмолилась Евгения, — может, примеры — как-нибудь потом? Он же в любой момент может начать меня убивать!

— Ша, барышня, шо за истерика? Нервы портят красоту! И ты в любой момент можешь начать его убивать! Расклад симметричный, то на то. Не напрягайся, веди себя естественно. Бастиан, ты этих двух клиентов Гринписа видишь?

— Кого?

— Кого-кого, живодеров, соорудивших себе одежу из таких забавных, таких прелестных лесных мишек.

— Вижу, они только что прошли мимо меня.

— Вот и прекрасно. Это твоя цель. Женя, а по Фрейду, это уж твоя специализация.

— В каком смысле — цель?

— Валет, приз зрительских симпатий местного дурдома тебе обеспечен. Цель — значит цель, ее нужно поразить, и желательно с первого залпа. Потому как второго они тебе не дадут. Если можешь ухайдокать этих дуболомов заклинаниями — приступай, а нет — ты шо-то говорил, вроде ножи кидать умеешь…

— Но ведь это же… — Бастиан запнулся, — живые люди!

— Прикинь! — с деланным удивлением подтвердил Лис. — А после твоего меткого броска они таковыми, надеюсь, быть перестанут. Но прими во внимание, что еще одна живая людь топает немного впереди с кавалером по имени Фрейд. Тут очень важно для себя решить, в какой последовательности живые люди будут становиться неживыми.

— Может, я смогу их отвлечь?

— А смысл? Их, в отличие от тебя, вопросы людской живости не занимают аж никак. Отшибут твою вундеркиндовскую головешку и, шо совсем обидно, не вспомнят через полчаса.

— Но как можно? Ведь эффект бабочки…

— Так, щас я тебе быстро расскажу об эффекте таракана! В этом мире будущее пока не наступило, и ты в нем не галлюцинация, не голограмма, а действующая боевая единица. Так шо, если будешь сопли на кулак наматывать, тараканом станешь ты. Тебя раздавят и не поморщатся. А потому воспринимай тех, кто должен быть уничтожен, как мелких вредителей, пусть даже и крупного размера. Иначе чердак у тебя снесет на раз-два-десять, и умчится он в волшебную страну Оз, как домик Элли. Усек?

— Усе-ек, — нехотя, заикаясь, подтвердил Бастиан.

— Тогда действуй быстро, певец моей печали! Тебе эффективную дальность броска метательного ножа напомнить?

— Благодарю, нет.

— Я к тому, что твои подопечные тараканы уже вперед учесали. О, я смотрю, и Фрейд там остановился.

— Сейчас, одно мгновение, — юноша выломился из зарослей бузины и бросился вслед комисам Брунгильды.

— Не вздумай орать, они и так тебя услышали.

Лис оказался прав. Едва различив звук ломающихся ветвей, опытные воины развернулись на месте, готовясь принять бой, но было уже поздно: два стальных острия вырвались из пальцев вдохновенного певца. Полмгновения — и они вонзились в человеческую плоть. В тот же миг юноша, точно пьяный, слетел с тропки в ближайшие кусты, едва не выворачиваясь наизнанку от приступа тошноты.

— Это что там? — заслышав звук падающих тел, Фрейднур повернул голову и потому не увидел, как очаровательное порождение валькирии резко ушло вниз и, крутанувшись на одной ноге, второй, точно циркулем, сшибло его наземь. Торчащее из земли корневище векового дуба будто нарочно выползло из густого мха, чтобы принять затылок могучего дана.

— Я что, его убила?! — девушка, расширив от волнения глаза, бросилась к обеспамятовавшему воину. — А, нет, слава Богу, дышит.

— Женя, я ошибаюсь, или это был «хвост дракона»? — уточнил Сергей.

— Да, — бросила красавица.

— Но ты же говорила, что занималась айкидо.

— Не только.

— Похвальная широта интересов. А знаешь что, Евгения свет Тимуровна, давай-ка, тащи своего подопытного барбудо [4] обратно в крепость.