– И всё?

– Чем богаты! Под Новгородом упорные бои.

– Слышал-слышал.

– Ну и вот, моя рота разведки здесь у тебя поработает. Знакомьтесь: капитан Иволгин.

– Да мы знакомы, ещё по той войне. Здравствуй, капитан.

– Здравия желаю, товарищ генерал.
– откозырял я.

– Ну, рассказывай, что хорошего увидел.

– 163 дивизии немцев на участке не обнаружено. Её куда-то перевели или держат в резерве.

– Пётр Петрович, давай свой полушубок, раздевайся, капитан. Пойдёмте к карте. Мне, понятное дело, главное, захватить обратно мост и Свирьлаг. Положение на правом фланге меня не очень беспокоит. Сил и средств у противника маловато, чтобы что-то организовать в направлении Вытегры. Однако, дивизия подходит оттуда. Длительный марш на состоянии дивизии отразится плачевно. Само собой напрашивается решение использовать её на правом фланге, у Вознесенья. Транспорта для переброски на центральный участок нет.

– Приехали! Тогда я собираю роту в кулак на правом фланге, и, совместно с танкистами и самоходками готовлю наступление там.

– Говоров тебе голову отвернёт, Максим. Была установка активизировать действия на всём участке фронта.
– высказал мнение Евстигнеев.

– Провели разведку на левом фланге, уничтожили несколько дотов и бронеколпаков. Провели разведку на центральном участке в районе Лодейного Поля. Везде противник укрепился и подготовил долговременную оборону. Дополнительно фронт предоставил одну дивизию и одну танковую бригаду. Можем создать неприятности финнам в одном месте. Генерал Гореленко совершенно верно решил действовать на правом фланге, так как перебросить дивизию пешим строем ещё на 120 километров влево возможности нет. Думаю, что генерал Гореленко понимает, что у него, лично, сил и средств действовать наступательно на всём участке фронта просто нет. Тяжёлого вооружения в армии кот наплакал. А перед нами инженерные сооружения. В 122 бригаде тралы есть?

– Были.

– Вот и начнём с Ошты. Ликвидируем, хотя бы, один плацдарм.

Генералы переглянулись.

– Да не смотри ты так на меня, Пётр Петрович. Нет у меня сил и средств. И, ты сам говорил, что дивизия идёт без тяжёлого оружия. Много ты тут сорокапяткой навоюешь? Давай, капитан, собирай роту. Вот тут в Родионово школа, там и селись, хотя постой, бомбили её недавно. Здесь правее, есть дивизионный узел. Выгоняй оттуда Горобца, ему следовать в Кузру. Располагайся. Школу тоже можешь использовать. Собственно, деревня вся пустая. Жители ушли. Разберёшься на месте.

Я выглянул на улицу и позвал Павла, передал ему всё. Вернулся в комнату. Там командарм "7-й отдельной" ругался по ВЧ с Говоровым, а адъютант накрывал на стол.

– Ну что?

– Передал, вечером все будут в Родионово.

– Ну, давайте пообедаем, чем бог послал, да поедем смотреть воинство великое.
– потирая руки и хитро улыбаясь, сказал Гореленко.
– Уломал я его!

Бог послал вкусный жирный вчерашний борщ с пампушками и свиную поджарку под приличное количество водки. Вкусно поесть командующий любил. После обеда на улице он довольно долго рассматривал наши Доджи и виллис, увешанные пулемётами.

– Богато у тебя разведчики живут, Пётр Петрович! Балуешь ты их!

– А ты видел, сколько у него на груди навешено? Думаешь, за красивые глаза? Вот и "балую"!

Вперёди колонны пошёл БТ-7, потом бронемашина, затем наш Додж, полноприводная "Эмка" командующего, такая же "Эмка" Евстигнеева, а замыкали колонну виллис и додж. В последнем сидели мы с Женечкой. Погода ветреная, низкая облачность. Что-то вроде снега сыпется с небес, зато озираться не требуется. Ехали долго, скорость чуть больше сорока километров в час. Лишь к вечеру добрались до Патракеевки, где и встретили первую колонну 368 дивизии. Усталые бойцы в валенках, с заметёнными снегом шинелями, тяжело несли вооружение и боеприпасы. Скорость 2-3 километра в час. А им ещё шагать и шагать. Взгляды недобрые: ишь, встали, начальнички, обходи их теперь.

– Стой!
– раздалась команда.
– Нале-во! Товарищ командующий! 1226 полк, вверенной Вам, 368 стрелковой дивизии совершает марш к деревне Челекса. Командир полка майор Алексеев!

– Здравствуйте, товарищи!
– нестройный хор голосов в ответ.
– Поздравляю Вас с прибытием в Седьмую отдельную армию Ленинградского фронта!
– прокричал командарм. Криков "ура" практически не последовало. Полк идёт уже вторые сутки, пройдено 62 километра. Осталось 9. Я подошёл после команды "вольно" к Алексееву.

– Капитан Иволгин. Фронтовая разведка. Тяжёлые есть?

– Да, восемь человек с обморожениями.

– Грузите в два доджа.
– носилки закрепили на штатные места, получив разрешение Евстигнеева, мы выехали в сторону Челексы. Уже стемнело, снег превратился в низовую метель. В Челексе приёмный пункт медсанбата армии, туда и поместили раненых, сами вернулись к колонне: забрать своих разведчиков. Оттуда тронулись в сторону Родионово. Неожиданно Павел затормозил: