— Вы не с того начали, — Санчес лишь усмехнулся, — и не тем продолжаете, сеньор. Если не хотите, чтобы мои люди выкинули вас из города с позором, лучше прекратить этот разговор. Он не приведет ни к чему хорошему.

— Глупцы! — на этот раз в голосе парламентера прорезались нотки злости. Он вскочил и обращался теперь уже к губернатору: — Вы согласны пожертвовать своими людьми, губернатор? Только из-за того, чтобы он удержался на своём месте?

— Это наши проблемы, — взгляд сеньора Нарваэса был таким же решительным, как и Санчеса. — Вы слышали наш ответ. А теперь — убирайтесь из города!

— Вы об этом ещё пожалеете, сеньоры, — уже в дверях пообещал парламентёр.

Через несколько минут завёлся паромобиль, ещё через некоторое время тарахтение его двигателя затихло вдали.

— Я вот что подумал, шериф, — задумчиво проговорил губернатор. — Может, в его предложении, всё-таки, есть резон?

— Может быть, может быть, — задумчиво проговорил Санчес и неожиданно добавил: — Есть и другие варианты.

Рамирес предполагал, чем могут закончиться переговоры. Собственно, вариант был только один. Большая неудача. Дальнейшие события также легко вычислялись. Сеньор Рамирес соберёт большую армию и нападёт на Санта-Пуэрто. Будет небольшая война на одну ночь.

Вот только это не с руки, потому что большая неудача так и будет висеть над контрабандистом. И смертельная угроза: люди сеньора будут охотиться за ним везде. Поэтому нужно до груза добраться первым.

Рамирес засел в кустах, где недавно в городок проехал на паромобиле сеньор Теньро, справедливо предполагая, что обратно тот поедет здесь же. И не ошибся. Прошло меньше часа, когда он заметил густой пар, вырывающийся из трубы самоходки, вслед за ним докатилось и тарахтение старой телеги.

Парламентёр гнал так, словно за ним гналась куча демонов… или все полицейские Санчеса. Дождавшись, когда тот подъедет к засаде на достаточное расстояние, Рамирес выскочил на дорогу, словно чёрт из табакерки, держа в каждой руке по револьверу. Водитель судорожно нажал на тормоз и паромобиль резко остановился. Рамирес еле удержался, чтобы не отскочить в сторону. Удержало только то, что так эффект появления смажется, а ведь ему надо, чтобы сеньор Теньоро сам немного понервничал.

— Добрый вечер, сеньор, — Рамирес с показной ленцой поправил шляпу. — Я так понимаю, ваши переговоры потерпели полный крах.

— А, Рамирес, пропащая душа. Сеньор Рафаэль боялся, что тебя тоже убили. Знаешь, когда он узнает, что ты жив, он будет очень расстроен.

— Предполагаю, что это так. Как раз на эту тему я и хотел с вами поговорить.

— Даже так? — Удивился сеньор Теньоро и посмотрел за спину на предмет не гонятся ли за ним на самом деле. Никого не увидев, он снова обратил всё внимание на контрабандиста. — Что ж, излагай.

— Я быстро. Предполагаю, что сеньор Рафаэль уже начал набрал отряды боевиков и, как только вы принесёте ему отказ Санчеса в выдаче груза, он тут же пойдёт сюда с войной.

Рамирес взял паузу, на всякий случай, вдруг парламентёр что-то скажет на эту тему. Сеньор Теньоро молчал, впрочем, этим самым подтвердил правоту контрабандиста.

— Я хотел попросить вас убедить сеньор Рафаэля подождать с походом на Санта-Пуэрто. Один-два дня. Больше мне не нужно.

— Хочешь сделать это в одиночку? — парламентёр захохотал. — Это невозможно. Вокруг посты, просматривается каждый метр. Рамирес, ты потерял доверие сеньор Рафаэля. Прочь с дороги.

Паромобиль завёлся сразу, и контрабандисту пришлось отскочить в сторону, чтобы не быть сбитым и задавленным.

— Ну уж нет, — пробормотал Рамирес, — я всё-таки попробую.

Он вскинул оба револьвера и одновременно нажал на курки. Грохнул сдвоенный выстрел. Водителя кинуло на руль паромобиля, и сполз вниз. Машина, потеряв управление, свернула в кусты, протаранила крайние, а потом застряла на кочке. Двигатель продолжал работать, пар повалил сильнее и только тогда контрабандист догадался, что сейчас произойдёт.

— Ё-моё, — Рамирес аж присел, после чего, что есть мочи, помчался подальше от ставшего опасным места.

Ожидание оправдалось, меньше чем через минуту, давление пара, лишившегося выхода к колёсам, достигло критической точки, и паромобиль взорвался. Контрабандист упал, прикрыл голову руками. Вовремя — оторвавшаяся труба пролетела над ним и воткнулась в землю в паре метров от Рамиреса.

— Ты видел, Родригес. Что это было?

— Не тупи, Хулио. Это был взрыв. Дьявол, теперь Рафаэль ещё больше разозлится.

— Почему?

— Хулио, ты что, не понимаешь? Это взорвался человек Рафаэля.