Марла вздохнула:

— Мне, наверное, пора возвращаться к работе.

Остаток рабочего дня она провела уставившись в окно и думая о том, как вести себя с Брентом в следующий раз. Стоит ли притворяться, что ничего не было? Или лучше попытаться вежливо объяснить причину ее вчерашнего отказа.

Она равнодушно пролистывала инструкции для рекламных агентов, зная, что даже в такой огромной книге вряд ли найдется страница, посвященная тому, как выпутываться из подобных ситуаций с клиентом. Нет, ее проблема была в том, что победил здравый смысл. Желание принять приглашение было настолько велико, что ей хотелось развернуться и бежать к нему даже после того, как она вошла в свою одинокую квартиру на Пасифик-Бич.

— Глупо, — пробормотала она, — очень глупо.

Бесполезный день и бессонная ночь были результатом ее беспокойства. И на следующий день, когда она парковалась около «Вентуры», она по-прежнему не знала, что делать.

Марла нашла Найджела, а потом они вместе в этой удивительной неразберихе отыскали Брента. Она была настолько потрясена увиденным, что все тревожные мысли вылетели у нее из головы.

Брент был в цехе; как показалось Марле, он решил немного вспомнить свое прошлое. Он проверял мастерство кузнеца, с удивительной легкостью орудуя горячим железом и тяжелыми инструментами. Она сразу поняла, что он находится здесь уже довольно долго. Рубашка прилипла к мускулистому телу, плотно облегая его, не скрывая отточенных, доведенных до совершенства движений. Его смуглое лицо было мокрым от пота, а темные, вьющиеся волосы блестели, словно мокрый шелк.

Он заметил, что Найджел машет ему, и знаком показал, что подойдет, когда закончит работать над лежащим перед ним куском железа. Марла как завороженная смотрела, с каким умением Брент владеет этим древним искусством, с какой легкостью и даже удовольствием ему это дается. Она была поражена его силой. Четкий ритмичный звук, с которым металл ударялся о металл, заполнял весь цех и заглушал слова.

Наконец он выпрямился и взглянул на свою работу с нескрываемым удовлетворением. Марла несмелым шагом подошла к нему и попросила посмотреть.

— Это восхитительно! — воскликнула она, рассмотрев деталь альпинистского снаряжения, над которой он работал. — Я никогда не видела, как работают кузнецы. Это очень сложно, не так ли?

Брент выглядел по-мальчишески польщенным се похвалой за труд, которому научил его отец. Он взял платок, чтобы вытереть лицо и смуглую сильную шею, потом показал ей еще несколько образцов работы.

— Идея, которая скрывается за всем этим, — объяснил он, — заключается в том, чтобы добиться максимума надежности и сделать более удобным горное снаряжение. Качества, которые очень высоко ценятся альпинистами.

Марла попросила его научить ее работать с железом. К тому моменту Найджел уже покинул цех, его позвали к телефону. Кроме них, здесь никого не было. Брент показал ей несколько инструментов, объясняя процессы нагревания и охлаждения металла, а потом предложил ей самой сделать маленькую декоративную подкову.

— Вообще-то самое сложное в изготовлении подков в том, чтобы лошадь не ударила тебе в лицо, когда ты примеряешь эту железку, — пошутил он.

Для Марлы инструменты оказались неподъемными, поэтому Брент решил помочь ей. Он аккуратно взял ее руки в свои и старался направить ее движения в нужную сторону.

— Бей сильнее! Давай же, оно не отлетит! — не заметив, что перешел на ты, выкрикивал он.

Она почувствовала легкость и удовольствие. Ничего больше. Никакого волнения, никаких сомнений. Он помогает ей, его огромные ладони сжимают ее руки, его грудь прижата к ее спине, его необыкновенный задорный голос звучит у нее в ушах, его дыхание теребит ей волосы. Все это слишком невинно, чтобы быть порочным, и слишком приятно, чтобы задумываться о последствиях.

Казалось, прошла тысяча лет, и вот наконец она держит в руках маленькую подковку.

— Твой первый результат, — сказал Брент. — Хорошая работа.

— Да, только в основном работал ты, а я все делала неправильно. Даже слепому ясно, какая уродливая эта подкова.

— Но она все равно лучше, чем та, которую впервые в жизни сделал я, — успокоил он.

— Можно я заберу ее на память?

— Хм, я настаиваю на этом, — с преувеличенно серьезным видом сказал Брент. — Я не могу хранить такое безобразие в этом цехе. Люди могут неправильно понять.

Марла улыбнулась. Он все еще стоял рядом с ней. Такой высокий, что ей приходилось запрокидывать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Теплый огонек светился в глубине его глаз, спокойный и трепещущий одновременно. От него пахло железом. Следующая фраза застряла у нее в горле, и она почувствовала, как замерло ее сердце. «И как можно не восхищаться таким мужчиной?» — неожиданно подумала она.

Выражение его лица немного изменилось. Легкое сомнение отразилось в его глазах, когда он неуверенно поднес руку к ее лицу. Он внимательно посмотрел на нее, а потом резко отвел взгляд.