Лулу сорвала с себя ободок и широко улыбнулась:

— Я здесь, мамочка!

Джолин бросилась к дочери и подхватила на руки.

— Конечно здесь! — Она уткнулась носом в нежную шейку Лулу, вдыхая сладкий запах малышки, пытаясь запомнить его.

— Мамочка, — захныкала Лулу, — ты меня раздавишь.

Джолин ослабила объятия, и девочка соскользнула на пол.

— Вы голодные? — Мила подняла пустой футляр из-под компакт-диска и, наморщив лоб, принялась оглядываться в поисках самого диска.

— Вообще-то мы хотели кое-что сказать тебе и девочкам.

— Да? — Мила посмотрела на него. — Что-то случилось?

Майкл отошел в сторону — в буквальном смысле.

— В этом шоу, мама, главная у нас Джолин. Она сообщит нам свою новость.

— Джо? — Лицо Милы стало серьезным.

— Где Бетси? — спросила Джолин дрогнувшим голосом. Она могла управлять вертолетом, стрелять из пулемета и пробежать десять миль в полной выкладке, но от одной мысли о необходимости сообщить о своем отъезде детям, у нее подкашивались ноги.

— Я ее приведу, — сказала Лулу и с криком выбежала из комнаты. — Бет-си! Иди сюда!

Наконец в гостиной появилась Бетси, она с сонным видом терла глаза. На ней была огромная футболка и белые короткие носочки.

— Зачем вы меня разбудили?

Джолин взяла Лулу на руки и вместе с ней села на диван.

— Садись, Бетси. Мы должны вам кое-что сказать. Это важно.

Майкл опустился на диван рядом с Джолин.

Бетси вдруг застыла на месте.

— Вы разводитесь?

— Элизабет Андреа, — сказала Мила, — что это за…

Майкл вздохнул.

— Просто сядь, Бетси.

Девочка опустилась на колени на мохнатый коврик перед диваном, скрестила руки на груди и вздернула подбородок.

— Что?

Все смотрели на Джолин. Оробев, она перевела взгляд на мужа. Майкл пожал плечами.

Значит, опять одна. Хотя чему тут удивляться? Вздохнув, Джолин перевела взгляд на Бетси, потом на Лулу.

— Помните, я рассказывала о том, как пошла в армию? Мне было восемнадцать, и я не знала, что мне делать. Родители недавно умерли. Я была одинока. Вы и представить не можете, как одинока. Конечно, я мечтала о вас, но когда-нибудь, в далеком будущем.

Бетси нетерпеливо вздохнула.

— И это все? Теперь мне можно идти спать?

— Просто скажи им, — подал голос Майкл.

Лулу запрыгала на коленях матери.

— Что сказать?

Джолин набрала полную грудь воздуха.

— Я собираюсь в Ирак, чтобы помочь…

— Что? — Бетси вскочила.

— А? — переспросила Лулу.

— Ой, Джолин, — прошептала Мила, прижав ладонь ко рту и опускаясь в кресло.

— Не смей, — сказала Бетси. — Боже мой, ни у кого нет матери на войне. И все вокруг будут знать?

— Тебя только это волнует? — спросил Майкл.

Ситуация становилась неуправляемой.

— Но у тебя дети! — крикнула Бетси. — Ты нужна мне здесь! А если тебя убьют?

— Что? — на глазах Лулу выступили слезы.

— Этого не случится. — Джолин старалась, чтобы ее голос звучал ровно. — Я женщина. А женщины не участвуют в боевых действиях. Буду развозить важных персон, доставлять грузы. Никакой опасности.

— Ты не знаешь, не можешь знать, — возразила Бетси. — Обещай, что никуда не поедешь. Пожалуйста, мамочка…

Услышав это слово — «мамочка» — Джолин почувствовала, что у нее буквально разрывается сердце. Ей хотелось обнять Бетси, успокоить ее. Но что она может сказать дочери? Нет, теперь нужно быть сильной.

— Я должна. Это моя работа, — наконец сказала Джолин.

— Если ты уедешь, я никогда тебя не прощу! — вскрикнула Бетси. — Клянусь.

— Ты сама не знаешь, что говоришь.

— Армию ты любишь больше, чем нас.

Майкл, сидевший на диване рядом с ней, одобрительно хмыкнул. Джолин проигнорировала его.

— Нет, Бетс, — спокойно сказала она. — Вы с Лулу как воздух в моих легких. Как кровь в венах. Без вас мое сердце перестанет биться. Но я должна. Многим работающим женщинам приходится время от времени уезжать от детей…

— Ха! — вскрикнула Бетси. — Я не дура. А в этих матерей стреляют во время командировок?

— Ты вернешься домой, мама? — спросила Лулу, чуть не плача.

— Конечно вернусь. Я всегда возвращалась, прав да? А в ноябре приеду в отпуск на две недели. Может, мы даже поедем в Диснейленд. Хочешь?