Кузнец ушел вместе со стадом во время весеннего перегона, поэтому Рори сам подковывал свою лошадь, когда возле дома остановился кабриолет. Пот заливал лицо, он бросил короткий взгляд в сторону экипажа, снова склонившись к большому копыту, зажатому между ног. Но взволнованный пронзительный крик Ингрид заставил его все бросить и помчаться к дому. Вместо неприятности он увидел крепко обнявшихся Ингрид и Тейлор.

— Рори? — громко приветствовал его Брент, похлопывая удивленного Рори по плечу.

— Брент, мы не ждали вас так скоро.

— Я знаю. Мы решили удивить вас. Сюрприз удался, — Брент повернулся к Тейлор. — И у нас есть еще больший сюрприз, правда, дорогая?

Тейлор сияла от радости.

— Да, конечно. Карл, подойди сюда.

Рори хватило беглого взгляда на очки с толстыми стеклами, водруженные на нос мальчика, чтобы понять, что произошло.

— Карл, мой юный друг, ты превратился в довольно взрослого парня с тех пор, как я видел тебя в последний раз, — серьезно произнес Рори, пожимая руку Карлтона.

Карл внимательно осмотрел его, потом сказал:

— Ты — Рори? Ты выглядишь совсем не так, как я представлял тебя. И ты намного темнее остальных. — Возвращаясь к приветствию Рори, он ответил: — Это из-за очков я выгляжу по-другому. Я могу даже читать в них.

— Читать? Уже? Поразительно.

— Это замечательно, не так ли, Рори? — сказала Бренетта, спускаясь из кабриолета.

С испуганно забившимся сердцем Рори повернулся к ней. На ней было розовато-лиловое платье, и она казалась спокойной и чистой, несмотря на жаркое и пыльное путешествие. Она зачесала волосы набок, связав их красивой лиловой лентой. Улыбка на губах была теплой, озарявшей все ее лицо.

— Бренетта, я так рад видеть тебя.

— А я тебя, Рори. Так приятно снова быть дома.

Мудрая. Именно это слово приходило ему на ум при взгляде на Бренетту. Не просто светская барышня, какой она была в шестнадцать лет, а знающая и понимающая жизнь женщина. Он подумал, в каком виде предстал перед ней — голая грудь с каплями пота, блестевшими на коричневой коже, влажные волосы, прилипшие к голове, пыльные джинсы, — а потом представил мужчин, с которыми она наверняка встречалась в Европе — учтивых, утонченных графов и герцогов. Сейчас он чувствовал себя более неотесанным мужиком, чем когда впервые появился в Нью-Йорке.

— Рори О'Хара, мог бы сказать мне, что все уже здесь.

Рори вздрогнул от резких слов Меган. Ну и парочку они составляли. Растрепанный неуклюжий метис и его жена, пронзительно кричащая, сварливая женщина.

— Меган, как приятно видеть тебя, — мягко сказала Тейлор, приветствуя свою племянницу нежным поцелуем. — Давайте войдем в дом, там прохладнее. Меган, мы так хотим взглянуть на твою малышку.

— Неужели? Ну что ж, чуть позже, я скажу кормилице принести ее в дом, — ответила Меган.

Брови Бренетты вопросительно поползли вверх.

— Кормилицы?

— Это — няня Старр, — ответил Рори.

— Девочка болеет? — спросила Тейлор.

Меган покачала головой.

— Нет, конечно. Но кто-то должен присматривать за ней, нельзя же ожидать, что я буду сидеть с ней днем и ночью.

— О, — одновременно выдохнули Бренетта и Тейлор, обмениваясь понимающими взглядами.

* * *

Индианка сидела на диване рядом с Рори, опустив глаза и сложив на коленях руки. Рори держал светловолосую голубоглазую девочку, нежно разговаривая с ней и не обращая внимания на беседу остальных в комнате. Меган все еще изливала на Тейлор и Брента придирки по поводу трудностей, в которых она вынуждена жить в этой примитивной обстановке и жаловалась на замужнюю жизнь, в особенности на материнство. Тейлор прилагала все усилия, чтобы отвечать вежливо и тактично.

Бренетта тем временем продолжала скрытое наблюдение за троицей на диване. Нежная Лань действительно была ласковой женщиной, выглядевшей почти экзотически, с широко расставленными карими глазами, высокими тонкими дугами бровей, квадратным подбородком и широким, слегка приплюснутым носом. Держалась она скромно и послушно, и все же за прямой осанкой безошибочно угадывалась ее гордость.

Бренетта перевела взгляд на Рори и не могла не задуматься — а не любовники ли они? Казалось, они так хорошо подходят друг к другу. Она не посмела бы осуждать его, особенно после столь долгого выслушивания Меган, но надеялась, что это не так. По какой-то причине она знала, что Рори не остался бы тем же человеком, которого она всегда знала — и любила — войдя в любовную связь с другой женщиной.

Лицо Рори светилось, пока он держал ребенка на руках. Сердце в груди Бренетты разрывалось от сознания, что это не его дочь. Но видя, как он нежно любит чужую девочку, она ощутила особую близость к нему. Любой, способный на столь бескорыстные чувства — поистине редкостный человек.

Старр громко смеялась, радостный звук звенел над безостановочной речью ее матери. Потянувшись к кормилице, малышка схватилась за лиф ее платья и начала тянуть его.

Нежная Лань взяла девочку из рук Рори и встала.