— Энн, — прошептал он, — не бойся. Все в порядке.

Вместо ответа Энн бросилась к нему на шею и, закрыв глаза, повисла на ней. Ной почувствовал трепет ее горячего тела и бешеное биение сердца.

— Успокойся, Энн. Просто лопнула лампочка. Никакого пожара нет.

Энн продолжала дрожать, но уже как-то по-иному. Ной почти машинально провел ладонью по ее спине и тоже закрыл глаза, почувствовав, как его самого начинает охватывать трепет. Но он твердо решил бороться с растущим желанием. И принялся уверять себя, что от нее не так ароматно пахнет, чтобы это могло свести с ума. А кожа не такая уж гладкая и шелковистая, чтобы взволновать.

— Энн, — задыхаясь прошептал он, стараясь освободиться от ее объятий.

Но Энн еще сильнее прижалась к нему всем телом.

— Энн… Прошу тебя… Не надо…

Она вздохнула и выпрямилась, отбросив кивком головы упавший на лоб локон. Глаза ее стали сразу уставшими и грустными.

— Я же не собираюсь тебя укусить.

Ной сделал вид, что не заметил обиды в ее голосе, и промолчал. В этот момент он не доверял и самому себе.

— Кажется, я немного не в себе, — вновь вздохнула Энн.

— Нет ничего удивительного. Не всякому доводится пережить столько, сколько выпало на твою долю.

Энн подняла глаза на Ноя, и он прочел в них страх.

— Нет, этот пожар здесь ни при чем, — возразила она слегка дрожащим голосом. — Гораздо хуже то, что произошло десять лет назад и от чего мне никак не удается отделаться. В душе я постоянно, вновь и вновь, переживаю ту трагедию. А еще…

— Что?

— Есть нечто такое, чего я не могу понять. Но все время об этом думаю. И порой боюсь сойти с ума.

— Ты подозреваешь, что существует связь между сгоревшей тогда машиной и этим пожаром?

— Да, мне так кажется, — шепотом ответила Энн.

В душе Ной вот уже несколько дней думал о том же, хотя и не хотел в это поверить. Его переполняло бешенство при одной мысли, что здесь, в этом маленьком городке, кто-то осторожно, но неуклонно подкрадывается к Энн. Глядя в ее испуганные глаза, Ной про себя поклялся не допустить, чтобы с ней случилось несчастье. Если Энн постигнет судьба Джесси, то он сам не сможет больше жить на этом свете…

— Пойдем, — сказал он. — Я хочу увести тебя отсюда.

Они спустились по лестнице и вышли через заднюю дверь на улицу. На границе территории Энн остановилась и еще раз оглянулась на дом. Глаза ее переполняла боль. Ной инстинктивно коснулся руки девушки и погладил ее. Но тут же крепко стиснул в своей и чуть ли не насильно потащил Энн через зеленую лужайку, подальше от страшного места.

— Ты проголодалась?

Она отрицательно покачала головой.

— Устала? Тот же ответ.

Ной подумал, что проявляемая им почти материнская забота может иметь в данном случае и обратный результат. Все же теперь Энн — взрослая женщина. Подобная опека ей вроде бы ни к чему. Возможно, даже обидна. Но ведь он видел ее страдания. Получилось так, что ее боль незаметно превратились и в его…

Ной вдруг почувствовал, что безумно хочет заключить Энн в объятия…

Между тем ночь становилась все темнее. Тучи затянули небо. Волны океана уже не ласкали берег, а бились о него с бессильной злобой.

— Помнишь ту ночь, когда Джесси и я решили спать на этой лужайке под открытым небом? — спросил Ной.

Энн кивнула.

— Конечно, ты не могла забыть! Ведь после той ночи ты не один месяц подшучивала над нами. А тебе тогда было лет двенадцать. Ровно в полночь, минута в минуту, ты и Росс…

— Помню, помню!.. — громко рассмеялась Энн. — Мы знали, что вы оба обожали читать романы о привидениях. И не сомневались, что в ту ночь в руках Джесси обязательно будет его любимая книжка о турке с отрубленной головой, нагонявшая тогда страх на всех мальчишек. Мы незаметно подкрались к вам и начали громко кулдыкать по индюшачьи, кукарекать, лаять и визжать. Помню, что вы оба перепугались до смерти. Джесси даже напустил в штаны. Ты знал это, Ной Тэйлор, но никогда не признавался, защищая своего друга.

— А ты тут же разболтала все своим подружкам. Фу! Ну и дрянь же ты была!

Они рассмеялись до слез. Энн вытерла глаза и обиженно сказала:

— И вовсе я не была дрянью! Во всяком случае, не всегда.

— Была.

— Но почему же тогда вы непременно брали меня с собой, куда бы ни шли?

— У нас не было другого выбора.

— Действительно, не было.

— А кроме того, на этом настоял Джесси. Ему было жалко бедную сестренку!

Энн подняла голову и стала смотреть на звезды, появившиеся между тучами. Ной же кинул взгляд на ее белую изящную шею и поймал себя на мысли, что ужасно хочет прильнуть губами к тому месту, где чуть заметно бился пульс.