– Вот старый болван, – хмыкнул стражник. Тут Профессор Спасли не выдержал.

– Мне казалось, вы должны оказывать особое внимание психически неполноценным людям! – воскликнул он.

– Нельзя быть психически неполноценным, если у тебя нет бумаг, в которых сказано, что ты психически неполноценен, – логично возразил стражник.

– Ну все, я сыт по горло, – вмешался Коэн. – Я ведь говорил, что ничего не получится. Стражники все такие тупые.

– Наглый крестьянин!

– Я еще не такой наглый, как мои друзья, – ответил Коэн.

Орда утвердительно закивала.

– Это мы, дурачина!

– Тебя и твою мать.

– Чиво?

– Полный придурок.

– Чиво?

Капитан стражников опешил. Свою привычку к повиновению жители Агатовой империи впитывают с молоком матери. Но поклонение предкам и уважение к старикам это еще более древняя и славная традиция. Капитану ни разу не доводилось видеть людей, настолько старых и в то же время способных сохранять вертикальное положение. Эти старики были такими древними, что, по сути дела, их можно было назвать предками. А от того, что сидел в кресле на коленках, даже пахло как от настоящего предка.

– В караулку их! – закричал он.

Воины Орды позволили грубо увести себя, и получилось это у них весьма неплохо. Профессор Спасли потратил многие часы, отрабатывая этот очень сложный трюк. Он не жалел времени, поскольку знал, что имеет дело с людьми, которые в ответ на самый обычный хлопок по плечу поворачиваются и отрубают наглецу руку.

Когда в караулку набились все – и Орда, и стражники, и Хэмиш Стукнутый в своем кресле с колесиками, – там стало не протолкнуться. Один из стражников обратил внимание на Хэмиша, который злобно зыркал из-под одеяла.

– Что это у тебя там, а, дедуль?

Меч проткнул ткань и вонзился стражнику в бедро.

– Чиво? Чиво? Это он чиво сказал?

– Он сказал «Аргх!», – объяснил Коэн, выхватывая из-за пояса нож.

Одним движением костлявых рук он зажал капитана в замок и приставил клинок к его горлу.

– Чиво?

– «Аргх!» – говорю.

– Чиво? Скажи ему, сам такой.

Коэн надавил на шею капитана чуть сильнее.

– Итак, дружок, – начал он, – все может кончиться хорошо, а может – очень печально. Все зависит от тебя.

– Коварный негодяй! И это ты называешь «хорошо»?

– Ну, ты еще не знаешь, что тебя ждет в будущем.

– Чтоб жил ты в интересные времена! Я скорее умру, чем предам императора!

– Хорошо, это твое право.

Главе стражников понадобилось не больше доли секунды, чтобы осознать, что Коэн, будучи сам человеком слова, исходит в своих действиях из предположения, что другие люди тоже словами зря не разбрасываются. Будь у капитана времени побольше, он мог бы поразмыслить на тему «насилие и цивилизация»: в то время как нормальный цивилизованный человек прибегает к насилию как к последнему средству, для варвара оно является самым первым, предпочитаемым и наиболее приятным образом действий. Но времени на подобные философствования уже не было. Капитан безжизненно рухнул на пол.

– Лично я всегда жил в интересные времена, – ответил Коэн удовлетворенным тоном человека, который немало постарался для того, чтобы сделать свою эпоху как можно более интересной.

Он направил нож на остальных стражников. Профессор Спасли в ужасе открыл рот.

– Конечно, стоило бы тут чуть убраться, – продолжал Коэн. – Но зачем трудиться, если скоро опять станет грязно? Что касается лично меня, то, чем возиться тут с вами, мне проще было бы вас прикончить, но вот Проф говорит, что цивилизованные люди так не поступают.

Один из стражников покосился на своих товарищей и рухнул на колени.

– Каково твое желание, о господин?

– Молодец, далеко пойдешь. Как тебя зову? паренек?

– Девять Апельсиновых Деревьев, о господин.

Коэн вопросительно посмотрел на Профессора Спасли.

– Ну и что нам с ними делать?

– Э-э, лучше бы их взять в плен. Пожалуйста.

– А как это делается?

– Ну… Наверное, надо их связать и все такое.

– Ага! А потом мы перережем им глотки!

– Нет! Нет. Видишь ли, после того как ты человека пощадил и оставил в живых, ты уже не можешь его убить.

Серебряная Орда дружно уставилась на бывшего профессора.

– Так ведут себя все цивилизованные люди, – поясняюще добавил Профессор Спасли.

– Но ты ведь сам сказал, что этих гаденышей надо связать! – воскликнул Маздам.

– Верно, – Профессора Спасли слегка трясло. – Они будут беззащитны, а беззащитного человека убивать нельзя.

– Убить беззащитного – самое милое дело, потому что тебя он убить не может. Ты, видно, совсем свихнулся со своими бумажками!