— Хочешь проверить меня? — усмехнулся Берг. — Или уверен в том, что я ничему не смогу вас научить?

— Я хочу получить объяснение…

— Многое зависит от того, кто обучается магии, — пожал плечами Берг. — Сила и дар у всех разнятся. От чего это зависит неизвестно никому. Никто из магов не знает, почему один способен на многое, а другой даже не может сотворить огненный шарик. Мы делаем отбор, объезжаем города, ищем тех, у кого прорезалась магическая сила. Дальше поступаем по-разному — одних обучаем, других отпускаем, третьих убиваем. Решение принимает королева.

— Кого вы убиваете? — спросил Костя. — Плохих учеников?

— Тех, кого не можем изменить, — помрачнел коротышка. — Кто выстроил свою силу на крови. Они привыкли к легкости и не воспринимают другой способ волшебства, а оставлять их в живых, мы не можем, потому что тогда на магов начнут сравнивать с ними, и возможны беспорядки и нападения.

Не скажу, чтобы мы этого боялись, я один готов сравнять этот город с землей, и сделать так, чтобы на этих развалинах больше никто и никогда не поселится…

— А почему наш боевой маг так слаб? — повторил я свой вопрос.

— Потому что он нам нужен таким беспомощным! — усмехнулся Берг. — Здесь мы охотимся, нам не нужны те, кто может нам помешать.

— Охотитесь?

— Не говори, что ты не знаешь о том, что в последнее время часто находят умерших людей.

— Зачем вы их убиваете?

— Нам нужна энергия для магии. В столице мы не можем себе такое позволить, а в мелких городках это разрешено.

— Кто разрешил?

— Если я тебе скажу кто, мне придется тебя испепелить на месте. Желаешь, чтобы продолжал?

— Ладно, я удовлетворен ответом, — вздохнул я, заранее предполагая, что не все коротышка захочет нам рассказать. Он только казался искренним, на самом деле обо всем, что говорил, можно было догадаться самому — рано или поздно.

Раз мы попали сюда, значит, нужны, если нас собираются чему-то учить, это необходимо. А вопрос для чего все делается — глуп. Всем известно, чего желают все люди, независимо от своих магических способностей. Они хотят власти, так устроено природой — это мне еще лет в двенадцать объяснил отец.

— Я все понял, думаю, вы ответили, почему наш маг так глуп и слаб. Нас вы тоже хотите сделать такими же бездарями?

— Я бы сделал, — вздохнул Берг. — Я не только отнял бы у вас дар, а еще и распял на огненном кресте, чтобы поселить в ваши сердца страх. Но пока королева не приняла решение, буду лепить из вас лучшее, на что вы способны. А что произойдет дальше, покажет время.

Демоны молчаливо стоящие у двери, неожиданно повернулись и вышли, коротышка ушел за ними.

— Нас призывает королева. Все разговоры потом…

Мы с Костей переглянулись.

— И что дальше?

— Ты же слышал, что наше оружие тоже здесь?

Я кивнул, свой меч заметил сразу, не увидел только кинжал, но мелкого оружия было так много, что заметить его среди многих подобных было с первого взгляда почти невозможно. За стенкой было собрано настоящее богатство, если бы мне разрешили там покопаться и подобрать себе экипировку, я был бы счастлив. Многое оружие было простым, но попадались и редкие экземпляры, сделанные из великолепного железа.

Я даже не представлял назначение некоторых орудий убийства, было бы интересно с ними разобраться. А складные арбалеты там имелись настолько малые, что их можно было держать в одной руке — вряд ли болт из него полетит далеко, но в ближнем бою такое оружие спасет тебе жизнь, когда на тебя надвигается несколько противников. В общем мне понравилось в том зале, даже глаза разбегались.

Костик вздохнул, его лицо помрачнело.

— Тебя что-то тревожит?

— Да, сейчас точно знаю, что королева говорит обо мне, и слова эти не очень хороши…

У меня даже челюсть отпала.

— Ты читаешь ее мысли?

— Не думаю, — он как-то странно пожал плечами, словно зябко передернул. — Просто чувствую и все. Я не знаю, что говорят и не могу повторить ни одну фразу.

— Может и показалось? В этом доме как-то не так себя ощущаешь. У меня все время ощущение, что кто-то бродит в моей голове, от этого даже мурашки бегут по всему телу.

— Может и показалось… — Костик взял в руки деревянный меч, взмахнул им несколько раз, потом разочарованно повесил обратно на крючья. — Да только мучительно размышляю на тему, а что же их так в мне-то взволновало?