Темная почти чернильная жидкость лизнула камень там, где только что была его нога, что заставило Костю судорожно дергаясь, сделать шаг.

От следующего языка он смог спастись, сделав шажок назад, а дальше это превратилось в какую-то жуткую игру, в которой выиграть могла только жидкость, ее волны метались от края до края ямы набирая с каждым таким движением скорость и высоту, сейчас она уже билась о камень на высоте его колена.

Удивительно было то, что при каждом мощном ударе от которого сотрясалась вся скала, не разбрызгивалась на капли, жидкость оставалась единым целым.

Ему осталось пройти всего-то пару шагов, когда язык очередной волны коснулся ножен его кинжала, все остальное тело он невероятным образом сумел убрать. Когда волна с хлюпаньем откатилась назад, Костик увидел, что от кинжала осталась только половина, все остального просто исчезло.

Даже кислота не смола бы так быстро справиться с крепким металлом и кожей, но похоже, что кинжала коснулось нечто могущее уничтожить все в это мире, кроме камня!

В его голове еще больше помутилось от страха, он уже не соображая, что делает, рванулся вперед, быстро перебирая ногами, почти падая, и благодаря этому почти достиг ровной площадки, за которой начиналась расщелина.

И тут волна плеснула ему в спину, он закричал, понимая, что сейчас умрет, отмахнулся рукой в серебряной перчатке. Он ощутил дикую боль в руке, но демоны уже были рядом и вытащили его из-под удара следующей волны. Еще немного и от него бы ничего не осталось.

Берг покровительственно хлопнул его по плечу, когда демоны поставили его рядом.

— Молодец, парень, я думал, что эта гадость тебя сожрет. Спасся чудом. Поверь мне, никогда не стоит наслаждаться опасностью, этот риск никогда не бывает оправдан. Кстати, твой удар перчаткой был хорошо — именно он спал тебя. Оказывается, эта гадость не любит серебра.

— Я и не наслаждался, просто по-другому ходить не умею. Вам-то что вы быстрые, а у меня даже нога на камне не помещалась, — неизвестно зачем пожаловался Костя. Его все еще трясло от внутреннего напряжения, которое никак не хотело спадать. — Вы наверно хотели, чтобы я погиб, иначе не оставили меня бы на той стороне, а перенесли…

— Дурак ты, парень, если нас в этом подозреваешь! — фыркнул коротышка. — Скажи, кому ты еще нужен в этом мире, кроме нас?

— Вроде больше никому, — неохотно признался Костя.

— Вот именно. Могли бы перенести — перенесли бы. Да только жидкость эта не простая, магическая, она и своим разумом обладает, пусть и небольшим. Демоны погибли бы, вытаскивая тебя. В этом мире каждый сам выбирает себе смерть.

— Тогда могли бы оставить меня там на той стороне…

— Тогда бы ты погиб от тварей.

— Что? — Костик даже удивился. — Врать-то зачем? Я никого не видел и слышал.

— А вот если бы ты остался, то может быть кого-то и увидел прежде чем сожрали.

— Я мог остаться с гвардейцами.

— Так, терпение мое на исходе, — предупредил Берг. — Кто бы тебя пустил бы к гвардейцам? У королевы свои секреты, которыми она ни с кем не собирается делиться. Если бы прибился к гвардейцам, то королевские маги узнали бы, чем она занимается и на что способна. Отныне тебе дорога к людям заказана, если хочешь жить, должен держаться только нас, хотя бы до тех пор, пока сам не научишься магии и не сможешь за себя постоять.

— А это возможно?

— Что возможно? — не понял Берг.

— Что я научусь магии и смогу уйти.

— То, что научишься магии — вполне, дар у тебя есть, хоть и скрытый, а что будет дальше, знают только боги и видящий.

— Провидец говорит, что мое будущее не ясно, — Костя вздохнул и сел прямо на камень, потом посмотрел на свою правую руку, в которой все еще ощущалась боль. От перчатки осталось немного, серебряные нити почернели, часть из них порвалась и впились в кожу. Он, мыча от боли, сорвал перчатку и отбросил ее в сторону. Ему сразу стало легче, покрасневшую почти багровую кожу на руке остудил ветерок. — Его закрывает туман.

— Наверно, так оно и есть, ты постоянно говоришь глупости, а это до добра не доведет, — коротышка напрягся. — А сейчас молчи, через ловушку пошла королева, мне интересно, как она пойдет, и что придумает. Как видишь, даже ее демоны не переносят, а она им дороже всего живого на свете.

Костик оглянулся, рыжеволосая подошла к краю ямы и взмахнула руками.

Что произошло, юноша так и не понял, но после этого резкого взмаха ведьма превратилась в десяток а то и больше рыжеволосых бестий. Часть из них пошла по карнизу, остальные пошли гуськом по краю ямы, дразня жидкость, опасно наклоняясь над ней.