Гадать Сашка не стал, выскочил из машины и подбежал к Сергею. Тот был в сознании, хотя расшибся основательно. Одна нога уже точно сломана, неестественно вывернута правая рука, а что копчик и хребет затронуты, так тут и сомневаться нечего. Но в глазах горела не боль, скорее тревога.

— Уходите, — Сэт скривился и, с трудом ворочая шеей, зачем-то попытался повернуть голову в сторону своего подъезда. — Вон их сколько.

Сашка быстро глянул в глубь двора и оторопел. В их направлении бежало человек восемь, все с оружием в руках. Кто в цивильном, кто в спецкомбинезоне и закрывающей часть лица полусфере.

— Не двигаться! — усиленный матюгальником голос раздавался из серой «Волги», чуть дальше зеленел «москвичевский» пикап, на капот которого облокотился детина со снайперской винтовкой Драгунова.

— Еще что, — пробурчал Сашка и подхватил Сэта под мышки, — Ленка, пересядь на заднее сиденье!

Лена выскочила из машины вслед за Зубом, но все происходящее настолько оглушило, что как замерла столбиком, так и не смогла сдвинуться с места. Сашка подтащил Сергея к задней дверце, мгновенно сориентировался и выдал любимой две увесистые пощечины.

— Очнись, уходить надо!

Подействовало. Лена метнулась в салон и помогла втащить Сэта на заднее сиденье. Сашка перемахнул на водительское место и врубил обратку. «Шестерка» с ревом понеслась назад, матюгальник выплюнул короткую команду, преследователи вскинули оружие и обрушили на ускользавшие «Жигули» свинцовый ливень. Лобовуху вынесло напрочь, от заднего стекла остались лишь воспоминания, повспарывало спинки сидений, но из пассажиров пуля отыскала одного Зуба, ощутимо толкнув того в левое плечо. Однако машина продолжала пятиться, набирая скорость. Слева мелькнула арка, Сашка затормозил и, переключив скорость, вжал педаль газа в пол. Уже на повороте несколько пуль прошили заднюю дверцу, Сэт застонал, но «шестерка» успела вырваться со двора и, наводя ужас на прохожих, понеслась прямо по тротуару к колоннаде парка Горького.

Чудом разминувшись с осветительной мачтой на углу Фрунзе, Зуб погнал машину вдоль чугунной ограды парка, на одно лишь надеясь — успеть оторваться, пока те, во дворе, не опомнились. Встречный ветер пронизывал салон насквозь, вокруг скрежетали осколки стекол, но скорости Сашка не снижал, наоборот, выжимал из движка все его лошадиные. К счастью, движения в этом респектабельном районе города почти не было, тихие переулки только удивленно хлопали глазницами окон и челюстями парадных, но на перехват никого не выставляли.

Вырвавшись к началу улицы Карла Маркса, Сашка притормозил. В деловой части города появляться на изувеченной пулями тачке не следовало, и надо было что-то решать.

— Он ранен. — Лена прикоснулась к Серегиной груди и показала Сашке окровавленную кисть. — Оц, Сашенька, он же умирает!

Но Сэт пока держался.

— Уходите, — скрипнув зубами, он полез под рубашку. — Вот ключ от сейфа, код «гросфатер», банк и номер ячейки ты знаешь…

Никелированный ключик на серебряной цепочке упал на пол салона, звякнув об осколки заднего стекла, и Сэт потерял сознание. Сашка решился. Проклиная всех и вся, выжал сцепление до отказа и погнал «шестерку» под «кирпич», вверх по брусчатой мостовой. Плевать, что там здание парламента, ОМОН, толпы тихарей в штатском, гаишник на каждом шагу, главное — вытащить друга.

Наглость — второе счастье, и бросок удался. Спустя две минуты «шестерка» свернула на улицу Ленина и понеслась вниз к «клумовской» клинике. Никто из сновавших вокруг парламента сексотов так и не понял, что за машина промелькнула у них под носом. А кто понял, не успел среагировать. Зуб не меньше ста двадцати выжимал.

Во дворе больницы царили тишина и покой. Редкие врачи и медсестры, пробегавшие по своим делам, никакого внимания на осторожно въезжавшую в ворота машину без лобового стекла не обращали — мало ли кто и зачем сюда приезжает. Четвертый год шла реконструкция, и персонал привык, что территория клиники превратилась в проходной двор.

Сашка загнал «шестерку» между какими-то сараями и обернулся к Лене:

— Ну как он?

— Ой, Сашенька, я не знаю. — Лена крутила в руках автомобильную аптечку, но действительно не знала, что делать. — Кровь прямо ручьем.

Сэт вдруг открыл глаза и как-то очень спокойно и уверенно заявил:

— Все, ребята. Я приехал… Саня, бумажник возьми, там деньги. Пригодятся тебе… Попробуйте связаться с Шабукевичем, в записной книжке визитка с его реквизитами. Поможет вам уйти.

— Вместе уйдем. — Сашка перегнулся через спинку и прощупал пульс. — Ленка, делай перевязку. Будь что будет, но пусть его здесь штопают. Или я этих врачей передавлю.

— Не суетись, старина. Береги Лену, — Сэт сглотнул и улыбнулся, — она отличная девчонка. Родит тебе па… — Судорожная волна пробежала по его лицу, ресницы чуть дернулись, замерли.

— Сергей? — Сашка приподнял веко вверх и понял, что Сэт кончился. И еще понял, что главное теперь — спасти Лену.