Шрифт:
Люк скорректировал изображение. — Позвольте прибавить звук.
Звук увеличился медленно, характеризуясь растущей зеленой полосой в нижней части экрана, У Ковальчук была очень приятный голос. Она была привлекательной и опрятной женщиной, но ее нацистская политика была отвратительна.
— Этот город был основан людьми, — сказала она. — Мы живем здесь, мы здесь работаем, мы платим налоги.
— Мы живем здесь, работаем здесь и платим налоги, — пробормотал Люк. — И мы жили здесь и работали, больше чем она или любой другой человек живущий в городе.
— Чикаго заслуживает быть городом, свободным от сверхъестественной драмы, насилия, подстрекателей. Чикагцы не станут прятаться от своих проблем. — сказала она, ее акцент вдруг стал густым, как на Среднем западе.
— Мы сталкиваемся с ними лицом к лицу. Когда-то, бывший мэр думал, что важно иметь офис, где «сверхъестественные», как они нам известны, могли делиться с городом своими проблемами. Он был назван офисом Омбудсмена, и я с гордостью говорю, что закрыла его. Мы не считали это нужным тогда, и нам не нужно это сейчас. Мы делаем то, что необходимо для города. Чикаго не требуется офис для людей со сверхъестественными проблемами.
— О, Боже, — сказала я, ожидая, что будет дальше.
— Вот почему сегодня я рад объявить о создании Управления для связи людей со сверхестественными… Я также рада сообщить, что попросила Джона Маккетрика возглавить этот офис и служить связью.
О, это было очень, очень плохо. Она наняла своего связного человека, чьей целью было избавить город от вампиров любыми доступными средствами. Она дала ему звание, должность, сотрудников, и общую легитимность. Что означает, что, если он был замешан в убийстве Оливера и Евы, то теперь стал политически неприкасаемым.
Мой дед потерял его.
— Не все сверхъестественные являются преступниками, и мы знаем это. Но этот человек носит на себе следы его взаимодействия с нежелательными элементами, и я верю, что он может многому научить нас о тех, с кем мы делим наш город.
Во мне вспыхнула неуемная ярость. Mаккетрик носил свои шрамы, потому что был убийцей с вендеттой против вампиров. Он нанес эти травмы себе сам — в буквальном смысле. Я была его предполагаемой жертвой.
Mаккетрик улыбнулся и заменил мэра города на подиуме.
— Город не тот, чем кажется. Мы живем в мире света и солнца. Но ночью выходят темные элементы. В настоящее время мы все еще управляем этим городом, но если мы не будем бдительными, если мы не станем выше и сильнее, мы станет меньшинством в нашем собственном городе.
Я уставилась на Mаккетрика, видимо нанятого мэром, чтобы изрыгать на сверхъестественных. К чему приведет эта общественная дискуссия?
— Эта администрация стремится пролить свет на Чикаго. Моя работа — защитить людей от сверхъестественных капризов и обеспечить этот город всем, чтобы он не стал второсортным городом, а был лучшим городом в мире.
Раздались вежливые аплодисменты, вероятно, пока Люк не выключил видео.
— Этот парень, — сказала Линдси, — он душка. Я ненавижу его. Сноски, он может сосать его.
— Мы получили его, дорогая, — сказал Люк, беззлобно. — Хотя я не согласен с настроениями. И, люди, я не хочу говорить это Этану.
— Как будто ему нужно что-то еще, чтобы беспокоиться, — сказала я, мое сердце болело за него. — У него уже есть свои страхи. Мы будем надеяться, что Mаккетрик не убивал Оливера и Еву, ибо если это сделал он, мэр только что предоставила убийце кабинет.
Cделал или нет, до сих пор неизвестно, деревянные щепки нужно исследовать.
— Однажды я разговаривал с Этаном и другими капитанами охраны, — сказал Люк, потом выругался произнося проклятия.
— И что? Джон Маккетрик? Джон как и в "Рядовом американце"? Как она не заметила, что это не его настоящее имя? Очевидно же, что это подделка.
— Потому что она бездушная, — сказала я.
— Она должна была проверить этого парня, давая ему власть.
Мой телефон загудел — пришло сообщение, и я открыла его. Оно было от Джеффа. ДЕТЕКТИВ ЯКОБС ГОВОРИТ — НЕТ ФОТОГРАФИЙ ИЛИ ДР,МАТЕРИАЛОВ НА ТЕЛЕФОНЕ ЕВЫ, НО ДРЕВЕСИНА — ОСИНА. Это была вся информация, в которой я нуждалась. Я встала и направилась к двери.