— И это был лучший способ, которым вы могли это сделать?

— Да, — ответили они одновременно.

Я положила руки на бедра и закрыла глаза. — Это очень смешно и очень обидно.

— Это было необходимо, — проскрежетал Этан.

— Границы необходимо было установить.

— Как будто существовал хоть какой нибудь риск нарушения границ.,- возразил Джонах. Магия снова стала расти, и было ясно, что они на самом деле не выяснили ничего.

— Ты считаешь себя ее "партнером", — сказал Этан. — В КГ. Ты ее романтический партнер.

— Я точно нет. Может ты напомнишь когда?

Глаза Джонаха стали жесткими. Я думаю не потому, что он ревновал, а потому, что Этан нанес удар по его чести.

— Она мой партнер, — сказал Джонах, — Потому что она согласилась бороться со мной для защиты вампиров в этом городе. Если ты не понимаешь всего этого, не можешь уважать этого, то ты тот, у кого проблемы, а не я.

— Эй, — прервала я — Я не игрушка, за которую можно бороться. — Я указала на Джонаха. — Я его коллега. — Я указала на Этана. — и его подруга. Таковы границы, и таковыми они будут оставаться.

— Мы должны были быть уверены в этом, — сказал Этан.

— Вам нужно было просто обменяться мнениями, — возразила я и посмотрела на Джонаха. — Я все еще учусь быть такой как ты. Ты мой партнер, поэтому я ценю, что ты готов держать удар за меня.

Я подошла к Этану и уставилась на него. — А тебе все об этом очень хорошо известно, Этан Салливан.

Я направилась к двери, затем оглянулась назад, чтобы увидеть, как Этан протягивает руку. Через некоторое время Джонах пожал ее.

Боже, спаси меня от мальчишек.

****

В то время как Этан и Джонах заканчивали проверять на прочность свой тестостерон, я вернулась в номер Oпс посмотреть на нашу доску. К сожалению, никаких зацепок чудом не появилось за ночь.

— Похоже, ты многое сделал, — сказала я Люку, фотогрфии Наваррских вампиров на проекционном экране ответили на вопрос. Каждая фотография была была помечена «X».

— Да, но не так, как мне хотелось. Я говорил с Уиллом, там нет ни одной зацепки, — сказал Люк, поворачиваясь на стуле кругом чтобы сесть во главе стола.

— А как насчет биометрии? — спросила Линдси. — Что слышно от Джеффа об этом?

— Я ничего не слышала, — сказала я, поднимая телефон. — Давайте сделаем это сейчас.

Джефф ответил на вызов почти немедленно, но была такая какофония музыки и визга в фоновом режиме, что я едва слышала его.

— Выключи музыку! — закричала я отводя динамик от своего уха, пока грохот не стал похож на шум от драки в баре. — Что там происходит?

— У нимфы день рождения! — прокричал он, пытаясь перекричать музыку.

Я закатила глаза. — Не мог бы ты выйти на улицу?

— О, да! Конечно! — Мгновение спустя я услышала хлопанье дверью и грохот значительно уменьшился. — К сожалению, это обязательная для нимф вещь. Я собирался позвонить тебе, как только бы освободился.

— Есть что нибудь по биометрии?

— На самом деле, да. Оказалось, что это довольно распространенная вещь. Это не сканер для отпечатков пальцев или сетчатки глаза. — Она сканирует кровь.

— Нашу кровь? Каким образом? И для чего?

— Крошечный укол, — сказал он. — Небольшой укол берет и сканирует кровь.

Но это не для ведения поиска или изучения наследственности вампиров. Он брался только у вампиров, которые были созданы Селиной.

И у нас был победитель.

— Таким образом, простой вампир Наварры не мог войти, это мог быть один из вампиров порожденных Селиной.

— Совершенно верно.

— Спасибо, Джефф. Это здорово. Удачи в твоей партии.

— Позже, Meр.

Он повесил трубку, и я сделала то же с такой благодарностью, потирая ухо пострадавшее в некоторой степени. Я была уверена, что мои барабанные перепонки получили столько децибел, что уже никогда не захотят это испытать снова. Никогда.