И сразу увидел над собой огромную фигуру с поднятыми руками, из которых торчали зловещие шипы. Шерлок отшатнулся, чуть не упал, и только тогда понял, что это всего лишь очередная витрина, а шипы — и не шипы вовсе, а когти. И это не бородатый бандит с вокзала Ватерлоо. Выпрямившись, Шерлок смущенно отряхнул пиджак. Перед ним стоял медведь с коричневой мохнатой шкурой и вытянутой мордой, которая почему-то казалась влажной. Он был крупнее Амиуса Кроу, а это о чем-то да говорило.

В комнате, вход в которую охранял медведь, стояло несколько больших витрин. Еще здесь обнаружился лось с раскидистыми, похожими на ветви рогами. Несколько диких кабанов с клыками и грубой щетиной — их расположили группой. А еще животное, похожее на корову, но с такой густой и длинной коричневой шерстью, что Шерлок понять не мог, где у него глаза.

Дверь в конце комнаты вела в следующее помещение. Шерлоку начало казаться, что он попал в лабиринт. В новом зале витрины стояли не только вдоль стен, но и по центру тоже. В каждом находилась какая-то птица, и все они были хищными. В ближайшем ящике в гордой позе сидел одинокий орел. На деревянном заднике были изображены безоблачное голубое небо и далекие горы.

Шерлок пошел дальше. Он различал какой-то шум — тихие шаги по полу. Очевидно, в комнате еще кто-то был, но голосов слышно не было. Наверное, там ходил еще один посетитель.

Шерлок миновал еще несколько витрин с разными видами сов. Они сидели на ветках — может быть, настоящих, а может, из гипса, трудно судить. В ветви они вцепились когтями: это было острейшее, смертоносное оружие, обтянутое чешуйчатой кожей, созданное, чтобы вонзаться в тело жертвы и поднимать ее в воздух, унося в гнездо или на птичий пир.

Проходя мимо, Шерлок уловил краем глаза какое-то движение. Он торопливо оглянулся. Все птицы смотрели прямо на него. Неужели они каким-то образом смогли повернуть головы? Казалось, что сейчас взгляды каждой из них направлены к центру комнаты. А может, это такая особенность сов — что с какой стороны ни встань, везде будет казаться, что они смотрят прямо на тебя?

Что-то промелькнуло у другой стены. Может, сюда случайно запорхнула живая птица и не может вылететь? Голубь или воробей?

В следующих витринах тоже были выставлены хищники: соколы, ястребы, скопы и другие, незнакомые Шерлоку. Ему мерещилось в них что-то жуткое, хотя они давно были мертвы, — что-то, чего он не замечал ни в мелких млекопитающих, ни в животных покрупнее.

Может, перья у чучел выглядели более реалистично, чем мех. А может, это связано со строением птичьих тел и черепов — даже выйдя из рук таксидермиста, они казались готовыми в любую минуту повернуть голову, почистить перышки или расправить крылья. И хотя их глаза тоже были сделаны из стеклянных бусин, Шерлок чувствовал в них угрозу. Мыши и полевки глядели на посетителей как на хищников, птицы — как на жертву. Холмсу пришлось напомнить себе, что они не живые. Это не помогло.

«Это всего лишь чучела, — убеждал себя Шерлок. — Они не настоящие и двигаться не могут».

Тут он снова услышал какие-то звуки из дальнего конца зала — там явно что-то двигалось. Может быть, кто-то прошел. Или задел витрину полой одежды. Не важно: рано или поздно должен же он столкнуться с кем-то из посетителей. И тут раздался внезапный громкий хлопок. В первое мгновение Шерлок так испугался, что не смог сообразить, что это было, но оказалось, это всего лишь захлопнулась дверь в противоположном углу комнаты. Наверное, от сквозняка.

Путь перегораживал еще один стеклянный шкаф с экспонатами. За ним в еще более крупной витрине был выставлен гриф: с лысой головой, свирепо загнутым клювом, расправленными крыльями.

Шерлок посмотрел вверх. Там была еще одна птица — кажется, сокол. Но эта птица сидела не за стеклом, а прямо на шкафу, и выглядела она так, как будто только что туда вспорхнула. В воздухе прозвучал свист — три мелодичные ноты.

Сокол повернул голову и наклонился вперед, словно готовясь слететь со шкафа и броситься прямо в лицо Шерлоку.

Шерлок заметил над лапами сокола какой-то тусклый блеск. К ним были привязаны стальные лезвия, которые торчали вперед, словно еще одна пара когтей. Сокол переступил с ноги на ногу, и Шерлок увидел на полированном дереве глубокие царапины — в том месте, где к дереву прижимался металл.

Внезапно птица оттолкнулась от края витрины, расправила крылья и камнем бросилась вниз. Ее ноги были вытянуты вперед, стальные когти широко расставлены. Шерлок машинально сделал шаг назад и обо что-то споткнулся. Он начал падать на спину, глядя, как сокол летит к нему, целясь когтями в глаза. Шерлоку казалось, что он может рассмотреть каждое перо птицы — время словно замедлило свой ход, и каждое мгновение растянулось на целую вечность. В лицо ему ударил порыв ветра, и сокол, в очередной раз взмахнув крыльями, промчался прямо над его головой. Именно в это мгновение плечи Шерлока коснулись пола, резкий удар выбил из его груди весь воздух, и из глаз посыпались искры.

Шерлок откатился в сторону, вжался в угол, где деревянное основание витрины встречалось с полом, и пополз, каждую секунду ожидая, что птичьи когти сейчас вопьются ему в затылок. Мышцы спины сводило от боли. Краем глаза он увидел комок коричневых перьев и невольно шарахнулся в сторону, но ничего не случилось. Шерлок пригляделся внимательнее — это оказалось чучело пустельги за стеклом. Оно было так близко, что он мог разглядеть нитки на шее и пыль на стеклянных бусинах глаз.

Шерлок осторожно поднял голову и посмотрел вверх. Сокола не было. Он встал и огляделся, осматривая каждый темный угол, каждую нишу. Ничего. Птица исчезла.