Она встала и осторожно обошла условную трибуну, направляясь туда, где сегодня был вход мостика. Махнула двери рукой, чтобы открылась, и обернулась к Невилу.

— Тогда до завтра. — Она улыбнулась: — Чуть-чуть раньше 14:35:21.

Невил встал. Может быть, в его улыбке можно было прочитать некоторое облегчение.

— До завтра, госпожа начальница. — Он остановился на расстоянии вытянутой руки. — Спи спокойно и не волнуйся.

— Спасибо, Невил. Доброй ночи.

— Доброй, — улыбнулся он.

И ушел.

В том, что заснуть не удалось, не было ничего неожиданного. На самом деле Равна даже не сразу легла. Но я молодец, что не стала репетировать еще раз.Она отступила от помоста и трибуны и села за свои обычные средства анализа. Сейчас «Внеполосный» все время крутил программы настройки обнаружения угроз — иногда так интенсивно, что это замедляло научные программы Тщательника. В последнюю декаду Равна меньше следила за мониторингом безопасности. Это подтверждало одну из ее теорий тревожности — а именно, что у человека мнительного есть свой максимальный уровень тревоги. И когда появляются иные заботы — например, подготовка к собранию, — обычные мании ослабевают.

Тем не менее она села отвлечься на просмотр журналов регистрации. У «Внеполосного» имелась приоритетная система угроз, но — как показывали прошлые неудачи — при категоризации события всегда была вероятность ошибки.

Поскучав над протоколами, она вдруг заметила, что уже и близко не одержима своей речью. Ага! И в журналах тоже ничего такого уж криминального не обнаружилось!

Она пошла листать дальше, заглянув в результаты более низкого приоритета.

Вот что-то интересное в разделе «старых угроз»: «Внеполосный» все еще высматривал следы украденных радиоплащей. Эти устройства никак не походили на изделие Края — коммуникатор, который использовали Странник и Джоанна, или даже на голосовые рации, которые построил Тщательник. Они размазывали мыслезвуки своего носителя по широкой полосе радиочастотного спектра. Результирующий сигнал имел довольно-таки малую дальность и был практически недоступен «Внеполосному» для анализа. Страх, ненависть, вожделение — это корабль еще мог распознать, но чтение мыслей было едва ли возможно.

Ничего этого корабль не слышал, но все же «Внеполосный» обнаружил нечто, очень похожее на шум плаща. Скоррелировав его с меняющимися следами полярного сияния, корабль предположил, что источник находится высоко в Ледяных Клыках, примерно семьдесят километров на восток. Сигнал доходил спорадически, и его громкость едва ли была достаточно высока, чтобы подозрение стало основательным. Если это и был радиоплащ, то только один. Сигнал был даже слабее, чем должен был бы звучать плащ на таком расстоянии, и надевали его лишь на несколько минут в день.

Равна некоторое время повозилась с этими результатами. Сигнал был и правда недостаточный для сколько-нибудь информативного анализа. Попросить его провести такой анализ — только снова нарваться на умение корабля выдавать желаемое за действительное. Спасибо, не надо.Но какой вообще смысл в использовании одногорадиоплаща? Если вся остальная стая не наденет остальных, то эффект единственного плаща — хлопок одной ладонью.

Равна откинулась на спинку кресла, представляя себе: шайка воров крадется прочь из Домена, пробираясь по крутым горным перевалам. Они бывают смертельно опасны даже на пике лета. Воры могли погибнуть в лавине. Могли попасть в засаду обыкновенных бандитов. Так или иначе, но все плащи пропали, кроме одного. Получалось почти правдоподобно, но этому оставшемуся плащу нужен носитель, нужен иногда свет для питания. Например, так: плащи — штуки красивые, солнечные элементы темны, как бархат, но с золотым блеском. Какая-то примитивная стая могла надеть плащ как трофей, понятия не имея о его магии.

Печальная ирония. Равна сделала себе заметку — это надо будет вынести на Исполнительный Совет, а того лучше — представить прямо Резчице. Так они смогут снова начать разговаривать. Как бы там ни было, следует послать к источнику сигнала поисковую партию до наступления зимы.

Обратный отсчет показывал 13:25:14. Она провела целый час, ни разу не подумав о своей речи. Серьезно, надо бы еще раз ее пересмотреть, может, еще раз отрепетировать.

Никогда она так не нервничала перед разговором с ребятами. Но раньше она говорила с ними один на один или с небольшими группами, а сейчас будет обращаться ко всем. Если она правильно подаст все идеи, над которыми они с Невилом так упорно работали, очень много проблем решится сразу.

Но если у меня не получится…

Утро выдалось темное и ветреное — возможно, последняя буря года и леденящее прощание осени. Равна настроила окна мостика на мрачную панораму снаружи и поглядывала на них рассеянно, пока одевалась. Вниз по склону до самого обрыва клубился туман, приоткрывая иногда серое на сером — Скрытый Остров и внутренний канал. С севера пришел косой дождь. Сенсоры корабля показали, что это дождь, не град, но он замерзал, расплескиваясь по Холму Звездолета, покрывая льдом улицы Нового замка.

В окнах видны были Дети и Стальные Когти Домена, идущие на юг из города Новый замок и на север по Дороге королевы. На западе видны были и другие, возникающие из тумана на верхней площадке фуникулера. Равна остановилась на секунду, увеличила эти неясные фигуры, собранные кучкой стаи, сопровождающие их. Наверное, они где-то час назад приплыли со Скрытого Острова — только чтобы успеть вовремя к началу речи Равны. Как раз в 00:55:43.

По крайней мере в Новом зале им будет тепло и уютно.