— Сара! — прошипела Ханна. — Температура здесь только что подскочила почти на сотню градусов. Ты же знаешь, что не должна думать об этом в нашем присутствии. Черт! Один день с этим человеком, и все твои моральные устои разрушены.

Сара думала было поспорить, но она мало что могла сказать в свою защиту. Если бы Деймон не оказался таким джентльменом и не остановился лишь на поцелуях, она, возможно, занялась бы с ним любовью. Вернее, она непременно занялась бы с ним любовью. Она просто должна была заняться с ним любовью. Сара пролежала всю ночь, не смыкая глаз, испытывая сексуальное возбуждение и острое желание. Черт бы побрал этого мужчину с его благородством. Она улыбнулась и с чувством благоговения дотронулась до своих губ.

Он целовал ее большую часть ночи. Восхитительными, чудесными, греховно-страстными поцелуями…

— Сара!!! — хором возмутились сестры.

Сара усмехнулась им без всякого чувства раскаяния.

— Я не виновата, что он так на меня действует.

— Прекрасно, но постарайся не набрасываться на него, — настоятельно попросила Эбби. — Это совсем не подобает Дрейкам. Когда дело касается мужчин, достоинство прежде всего.

Ханна посмотрела в окно и наморщила нос.

— Кейт, когда будешь открывать дверь Деймону, не выпустишь собак на утреннюю прогулку? А то они, бедняжки, всю ночь были заперты в помещении.

Кейт кивнула и послушно выпроводила собак, на ходу поприветствовав Деймона.

— Как приятно познакомиться с вами, мистер Уайлдер. Сара нам столько о вас рассказывала.

Собаки пронеслись мимо Деймона. Он тяжело оперся на свою трость, наблюдая, как большие животные устремляются к шерифу, поднимавшемуся по тропинке. Едва мужчина достиг ворот, те с громким стуком захлопнулись. Собаки с силой нападали на них, рыча, скаля зубы и неистово копая землю в попытке достать свою жертву.

— Это не смешно, Ханна! — проорал Джонас Харрингтон. — Твоя сестра меня пригласила, и я приехал оказать помощь. Прекрати вести себя, как ребенок, и отзови свою свору.

Мило улыбнувшись, Ханна протянула руку Деймону.

— Не обращайте внимания на эту жабу, мистер Уайлдер. Он то и дело приходит сюда, поигрывая своей маленькой пушкой и думая, что может произвести впечатление на местных жителей. — Она зевнула, деликатно прикрыв рот ладошкой. — Это так скучно и по-детски, но мы вынуждены ему потворствовать.

Сара резко свистнула, и собаки немедленно перестали рычать и, отступив от забора, вернулись в дом. Когда животные оказались рядом с ней, ворота гостеприимно распахнулись. Шериф с помрачневшим лицом прошел через них, устремив суровый взгляд на Ханну.

— А что происходит, если вы не потворствуете ему? — спросил Деймон.

— Он начинает показывать свою власть, угрожая нам штрафами за превышение скорости, — вздернув подбородок, ответила Ханна, стоя на своем.

— Ты превысила скорость, Ханна. Ты что, думала, что я отпущу тебя только потому, что ты красива? — Шериф пожал Деймону руку. — Джонас Харрингтон, единственный нормальный человек, когда речь заходит об истинном характере Куколки.

Ханна одарила его ослепительной улыбкой. Деймон заметил, что сестры придвинулись к ней ближе, словно защищая.

— Почему бы нет, шериф? Все остальные копы всегда меня отпускают. — Она развернулась на каблуках и пошла прочь.

Кейт и Эбби дружно тихо вздохнули.

— Ты выписал моей сестре штраф? — рассердившись, спросила Сара, — Джонас, ты и правда самовлюбленная жаба. Почему ты просто не можешь оставить ее в покое? Это так по-детски хранить старые обиды. Будь выше этого.

— Это она неслась, как подросток, — заметил Джонас. — У тебя была веская причина пригласить меня сюда, кроме как в качестве корма для твоих собак?

До них донесся язвительный смех:

— Не льсти себе, Харрингтон, здесь ты никому не нужен.

Как только Джонас Харрингтон вошел в дом, плющ, свисавший с потолка, опасно покачнулся, и толстая, крепкая, как канат, плеть ударила его по затылку. Джонас развернулся, словно готовый к нападению. Он оттолкнул растение в сторону и стремительно вошел в гостиную, матерясь себе под нос.

Деймон, шедший позади, резко остановился, осторожно обвел взглядом комнату и с опаской посмотрел на плющ.

— Ваши растения часто поедают гостей? — спросил он с мрачным любопытством, отодвигая тростью плеть со своего пути и с опаской обходя массу зелени.

— Только тех, кто обижает моих сестер, — ответила Сара.

Без предупреждения, поразив их обоих, Деймон неожиданно протянул руку и, притянув Сару к себе, жадно приник к ее губам. Сара растворилась в нем, превратившись в жидкий огонь и сгорев дотла. Ее руки обвились вокруг его шеи. Трость упала на пол, а они продолжали страстно целоваться. Весь окружающий мир словно исчез, остались только Деймон, Сара и сжигавшее их желание.