В его глазах вспыхнуло сомнение. Бекка толкнула его в грудь, достаточно сильно, чтобы Габриэль отступил на шаг назад.

 — Не спала, — крикнула она. — Я была напугана, и он пришел. Это всё.

 — Как скажешь, — сказал он. Габриэль посмотрел на поле, будто просто терпел ее притворство.

 — Посмотри на меня. — Ее глаза горели, но она проигнорировала это ощущение. — Я слышала, что ты сказал Крису. Я слышала твое небольшое предупреждение. Ты хоть понимаешь, каково это? Знать, что все считают тебя тем, кем ты, на самом деле, не являешься?

Он не пошевелился, но теперь она привлекла его внимание. Ей необходимо было взять под контроль свое дыхание, иначе она сорвется. У нее горели щеки, и она смертельно боялась того, что сейчас заплачет.

 — Все готовы поверить, что я трахаюсь с половиной школы, но никто не хочет поверить, что это не так. Я никогда не спала со всеми теми парнями, которые рассказали об этом. Дрю Маккей был пьян, но он правда мне нравился. Я даже не знала, что он... это было просто... там были его друзья, и они, ну, в десять раз сильнее меня, и...

А потом она разрыдалась, закрыв лицо руками, и этот день стал самым унизительным в ее жизни.

Нет, скорее секунда.

Вокруг нее обвились чьи-то руки. Квинн, крепко держа ее, шептала ту же самую утешительную ерунду, которую двадцать минут назад говорила ей Бекка.

 — Меррик! — крикнул с центра поля тренер. — Хватит фигней страдать.

 — Вали, козел, — сказала Квинн.

Габриэль ничего не ответил. Бекка не слышала ничего, кроме собственных рыданий, а потом быстрое шуршание бутс по траве.

Она подумала, что Габриэль уходит, но тут Квинн пробормотала:

 — Вот дерьмо.

 — Пошли, чувак, — раздался голос Дрю. — Что ты... постой. Бекка?

Бекка подняла голову. Она ощущала свое лицо так, будто оно было грушей для битья. Ей хотелось, хотелось, хотелось не бить тогда Габриэля. Потому что сейчас вся ее ярость растеклась лужицей в траве, а Дрю был именно тем, кто по-настоящему ее заслуживал.

Габриэль все еще стоял там, глядя на нее. Его глаза, такие же голубые, как у Криса, были холодными и невыразительными.

Дрю пихнул его в руку.

 — Пошли, приятель. — Потом он одарил Бекку той самой характерной улыбкой, которая раньше заставляла все ее внутренности таять, а теперь от нее хотелось блевать. — Подожди-ка... ты же не бросаешь ее, ведь так? Ты же знаешь, что большинство парней с ней не встречаются, а просто...

Габриэль ударил его.

Бекка резко вздохнула. Хорошо, что Квинн все еще держала ее, иначе из-за потрясения она упала бы.

Особенно, когда Габриэль схватил Дрю за толстовку, подтащил к себе и еще раз с силой ударил.

Дрю упал, у него кровоточил нос. Казалось, будто он не мог собрать себя по частям.

 —Меррик!

Сюда бежал тренер, а также другие игроки. Ник уже сошел с трибун и схватил брата за руку.

Но Габриэль отступил назад и не пытался предпринять еще одну попытку ударить.

Их всех выгнали с поля. Всех. Тренер настолько взбесился, что почти не мог говорить связно. Он вопил о задержках, перерывах и что-то о том, что ему нужна чертова сигарета.

Бекка подхватила свои вещи и догнала Квинн.

Она чуть резко не остановилась, когда ее догнал Габриэль. Сейчас его щека была еще краснее — у него точно будет фингал.

 — Прости, — произнес он. — Я не знал.

Она пожала плечами. Квинн потянулась к ней и сжала ее руку.

 —Тот парень — придурок, — добавил он.

 —Да, — согласилась она. — Так и есть. — Она помолчала. — Спасибо, что ударил его.

Он усмехнулся и дотронулся до своего лица.

 — В следующий раз я позволю тебе это сделать.

Она слегка улыбнулась в ответ.

А потом она вспомнила кое-что, что говорил ей Крис.

 — Погоди... я думала, что ты не сможешь играть целый год, если ввяжешься еще в одну драку.

Позади них фыркнул Ник. Габриэль засмеялся и положил руку ей на плечи, практически обнимая.

 — А ты милая. Я не переживаю.

Бекка не скинула его руку. Чувство было приятным... братским. Как тогда, когда она изображала бригадира на их подъездной дорожке.

Она взглянула на него.

 — Не переживаешь?

 — Не-а. Ты что, забыла? Они же все думают, что я — Ник.