Сталкеры, насторожившись, молча наблюдали за его манипуляциями.

– Та-ак, - многозначительно протянул Каравай, когда караванщик, закончив изучать потолок, погасил фонарь и с нескрываемым облегчением выдохнул, смахивая с лица мгновенно проступивший бисер ледяного пота.
– Выкладывай, что знаешь. Мы сейчас, как говорится, в одной дрезине. Что искал?

– Вязальщиков, - слово упало тяжело, словно приговор. Первый сдавленно кашлянул, пытаясь справиться с пересохшим горлом. Угораздило же простыть перед самым выходом, дерёт, зараза, как наждачкой.
– Вы что, никогда не слышали о вязальщиках? Да уж, зря надеялся, что эта пакость сюда не доберётся. Всегда район чистым считался…

– А подробнее?

– В жопу подробности, мужик.
– Первый резко поднялся. Глядя на него, повскакивали и другие караванщики.
– Ноги надо отсюда уносить! Слухи просто так не появятся! Так что вариант у нас только один, прорываться с боем, оставаться здесь нельзя!

– Хорош панику разводить.
– Каравай тоже поневоле поднялся, - тебя что, кто-то уже за яйца схватил, чего разоряешься? Объясни толком, чего бояться?

– Наросты, обычно встречаются на потолках, иногда на стенах, - сквозь зубы процедил Первый.
– Серо-зелёная дрянь, словно плесень, но плотная на вид. Чем больше нарост - тем хуже. Если окажешься под ним - хана. Да и ближе трёх метров подходить не рекомендую. И никакое оружие тебе не поможет. Достаточно? А теперь собираемся и выходим!

– Эй, караванщик…

Первый не понял, как этот парень оказался прямо перед ним - молчаливый стрелок из спутников Каравая. Только что вроде сидел на полу возле подоконника, и вот уже стоит напротив. Когда респиратор снять успел - непонятно. По лицу - совсем ещё пацан, едва усы пробились. Глядя в глаза Первому, паренек медленно и проникновенно произнес:

– Спокойно, караванщик. Не будем пороть горячку, хорошо?

Первый вздрогнул, завороженный какой-то животным магнетизмом, исходящим от сталкера, невольно попытался отступить, но натолкнулся спиной на стену, замер. Что-то странное произошло с его сознанием. В голове зашумело, словно от контузии - был как-то в жизни случай, едва не снесло башку близко разорвавшейся гранатой, впечатления незабываемые. Ну и глаза у пацана… прямо в душу заглянул… словно всю подноготную увидел… Прочитал. Как книгу. И что-то для себя решил.

– Хорошо, - послушно выдавил Первый. Никогда никого не боялся из людей, а тут вдруг захотелось стать меньше ростом.
– Но надо же что-то делать, нельзя…

– Есть одна идейка.

Мальчишка невозмутимо отошел к своим, и… принялся снимать снаряжение. Спокойно, деловито. Аккуратно прислонил к стенке оружие, скинул жилет «разгрузки», взялся за ткань химзащиты.

– Стажёр, ты что задумал?
– Каравай обеспокоенно шагнул к напарнику, подхватывая сброшенную ему на руки химзу.

– Обеспечу отвлекающий маневр, а вы как можно шустрее доберётесь до метро.
– Оставшись в обычной теплой одежде - штаны, куртка, вязаная шапка, парень несколько раз энергично присел и взмахнул руками, разминаясь.

– Пацан, а может не надо, а?
– Теперь Каравай встревожился уже не на шутку.

– Надо, Каравай, надо. Время идёт. Людям пора на станцию. Да и нам пора. Вернёмся через пару суток, когда живности здесь будет поменьше, и поищем этого вязальщика снова. Теперь мы хотя бы знаем, что искать. Нехорошо, когда задание остаётся невыполненным.

– Выпендрёжник, - буркнул в противогаз Солёный.

– Я твою шкуру спасаю, уж мог бы и не ворчать. Дай-ка свою «кошку».

– У тебя же есть!

– Для дела обе понадобятся, не жадничай.

Солёный выудил из рюкзака моток троса, на конце которого блеснули острыми гранями четыре загнутых крюка, приваренных к стальному стержню. Приспособление для взятия небольших высот Первому было знакомо. Иногда в дома, для поиска хабара, в которых обрушились лестничные пролеты, по-другому не забраться. А иногда и от хищных тварей так можно спастись, закинув крюк на любую подходящую высоту - низкую крышу дома, оконный пролет, полуобвалившуюся пожарную лестницу, не достающую до земли. Но сами караванщики лишних железок не таскали, не их профиль - шарить по домам. Вшестером от многих опасностей и без стенолазанья можно отбиться.

– И как ты собираешься это сделать?
– с искренним недоумением поинтересовался Первый, наблюдая, как парень вытаскивает и вешает на шею ещё один абордажный моток из другого рюкзака.
– Этот отвлекающий маневр? Человеку от псов не убежать!

– Тише, караванщик. Действовать надо спокойно. Стреляешь хорошо?

– Те, в кого стрелял, никогда не жаловались.

– Шутник, однако. Солёный, Каравай, Первый - вы за мной, остальные ждут здесь.
– Проходя мимо звеньевого караванщиков, Стажёр всунул ему в руки свое оружие.
– Прикроешь. На «Бизоне» глушитель, как и у моих парней, а на твоём стволе нет, нам лишний шум ни к чему.

Затем двинулся через короткий коридор в комнату, окно которой выходило на другую сторону дома. На ходу бегло подсветил фонарем потолок, следую примеру караванщика. Чисто. Быстро учится. Происходило всё так неестественно буднично, что Первый опомнился, лишь когда его в спину подтолкнул Каравай, увлекая за Стажёром. Караванщик все ещё не мог поверить, что парень это сделает. Ведёт себя спокойно, деловито, словно ничего особенного и не произошло, так, небольшая задержка перед дальнейшим походом, а сотня тварей, рыскающих внизу - это мелочи, не стоящие волнения. У него что, нервы из стальной проволоки?! Неудивительно, что главным в этой троице сталкеров оказался не Каравай, а этот парнишка с чудным прозвищем Стажёр.