Виктория:Не угадали.

Билетер:А вы на Хутора или на Рымбы? Или вообще в Покровку?

Виктория:Хм... А вы Люду знаете?

Билетер:Какую Люду? Людку Губарьшу или Люду городскую?

Виктория:Ну, которая одна живет, вроде не старая, не знаю фамилии…

Билетер:А, городская, тут от пристани недалеко. Ну-ну... К Люде, значит.

Виктория:Про Люду можете что-нибудь рассказать? Мне просто рекомендовали ее, в смысле снять жилье.

Билетер (мнется): Ну-у... Городская она... Я сам лично не знаю, не буду настаивать, уж сплетни, иль как... Но, говорят, была у ней семья. Муж – врач, и вроде счастливо все. Только заболел он. Стал мучить ее, мол, жить надоело. А однажды взял и жизни себя лишил. И детей туда же. Все тихо, мирно – врач все-таки...

Виктория:Какой ужас!

Билетер:Так неизвестно это. Странная она, живет нелюдимо, вот и болтают всякое. Народ-то, знаете... (смотрит в сторону) – Ну, счастливо вам отдохнуть!

Катер пришвартовался к проржавевшему причалу – барже. Люди выходят, выносят свой скарб. Трактора, мотоциклы, лошади, запряжённые в телеги ожидают прибывших. Пассажиры разъёзжаются в разные стороны, причал постепенно пустеет. Невдалеке женщина в панаме перегружает бидоны из моторной лодки на телегу. Виктория подходит к ней.

Виктория: Извините, вы не знаете, где живет Люда?

Женщина, не обращая внимания, продолжает работу. Ей помогает хозяин лодки. Виктория оглядывается, затем направляется к мужчине, пытающемуся завести мотоцикл с коляской, в которой сидит человек пять с вещами. В это время женщина, установив все бидоны и усевшись на телегу, громко окликает девушку.

Женщина в панаме: Эй, иди-ка, садись! Две гривны дашь – подвезу.

Виктория:Да, конечно, сколько надо... (Садится рядом с женщиной.)

Лошадь трогается, бидоны гремят. По пескам груженая телега продвигается с

трудом. Вокруг – живописные песчаные холмы, невысокие деревца причудливой

формы, колючий кустарник, в лучах солнца искрится лиман и маленькие озерца,

обрамлённые камышом и осокой, вдали зеленеет сосновый лес. Кое-где на

приличном расстоянии друг от друга виднеются хутора – зелёные оазисы среди

пустынного ландшафта.

Виктория (любуется окрестностями): Красиво тут у вас…

Женщина:Чо ж тя Людка не встретила?

Виктория:Да мы не знакомы, я просто так приехала.…

Женщина:Так можно и у меня остановиться - дом чистенький, корова своя... Людка корову не держит, так, все что попроще – кур да уток, а за молоком всё равно ко мне прибежит… Работала б, вся дурь мигом из головы повыскочила… Ну так как? Пойдёшь ко мне? Десять гривен в сутки, дешевле не найдёшь.

Виктория:Спасибо, я к Люде сначала зайду… А как вас найти, если что?

Женщина:Так во-о-на мой хутор виднеется… Тпрру! Приехали.

Виктория расплачивается с женщиной, и та уезжает.

Невысокий деревянный забор. Калитка закрыта на веревочную петлю. Виктория заглядывает во двор, увитый виноградником. Посреди двора на солнышке дремлют два кота. Дверь приземистого домика с камышовой крышей открыта.

Виктория (зовёт): Есть кто-нибудь? Люда, вы дома?

Не получив ответа, Виктория заходит во двор, стучит в открытую дверь

дома, затем заходит в него. На полу и на кровати валяется одежда, на столе -

разломленная буханка хлеба и яблоки. Виктория подходит к столу, отламывает

кусочек хлеба и жует его. Слышны какие-то шорохи. Виктория выглядывает в

коридор и видит, как из другой комнаты выходит курица и направляется

во двор. Виктория осторожно заглядывает в комнату. Свежебеленые стены,

несколько икон в украинском стиле, к потолку подвешены всевозможные

букетики сухих трав. На стене в рамке висит старая пожелтевшая фотография

женщины в платке.

Виктория выходит из дома, еще раз окликает хозяйку и идет в сад. В саду, под

деревом, на разноцветных одеялах спит Люда, загорелая женщина лет 30-35ти.

Она одета в потертый джинсовый комбинезон, рядом разложены