Кувырок, к счастью, получился удачный, всё «по науке» — перекатившись на другую сторону валуна, подхватился целый и невредимый, даже почти не помятый. «Кенгуру» прыгнул с места не хуже своего австралийского полнокровного и мясистого собрата, и я лишь успел отметить, что в мою сторону летит костистая туша, прежде чем рефлексы толкнули меня обратно на землю и камни — снова перекатываться, уворачиваться, группироваться. В развороте я пнул было ногой по демонской когтистой лапе, но увы, этот номер здесь пройти не мог. Толк был лишь в том, что меня откинуло ещё на полшага от твари.

А через миг острая и короткая, как вспышка, полоса света ошеломила меня. Лишь спустя две-три секунды, откатившись и подскакивая, я осознал, что осколок света мелькнул надо мной, а не в меня, и лишь между делом его отсвет врезал по глазам. «Кенгуру» словно гигантским мечом полоснуло — вдвое сократилось одно из щупалец, сочащаяся белёсо-зеленоватым полоса прочертила грудь, лапы агонически скорчились.

От беспорядочного, но сильного его броска в мою сторону пришлось отскакивать без дураков, да ещё ножом отмахиваться, потому как в предвиденье кончины существо не стало менее опасным. Лишь убедившись, что следовать за мной оно не может, я оглянулся, чтоб выяснить наконец, откуда прилетел этот рассекающий обломок света.

Аштия, замершая в нескольких шагах от меня в какой-то очень уж нарочитой, но при этом красивой, даже изысканной позе, держала диск наготове у левого плеча. Убедившись, что «кенгуру» больше особо ни на что не способен, опустила правую руку.

Посмотрела на демона устало.

— На таких одного удара обычно хватает.

— Так эта штуковина — ещё и оружие? — удивился я, разглядывая диск совершенно новым взглядом, с какой-то новой стороны.

— А ты думал что? Красивый и непрактичный факел?

— Думал — просто знак статуса.

Женщина удивлённо посмотрела на меня.

— Разумеется. Но где это видано, чтоб знаками статуса были вещи бесполезные?

— Собственно… бывает… Наверное.

— У тебя странные обычаи на родине… Давай-ка обыщем тут всё. Мало ли…

— Слушай, так ты, может, и с тем драконом бы справилась?

— С каким драконом? А, с тем демоном, который нас сюда загнал? Нет, едва ли. Иначе б так и поступила, причём сразу. Чтоб удар был эффективным, энергия должна копиться какое-то время, и, надо сказать, довольно продолжительное. Особенно для стремительного боя.

— Но ты даже не попыталась.

— Одного удара на ту тварь не хватило бы, а недостаточно сильный мог наоборот раззадорить. Удар диском без магической подпитки даже слабее, чем удар мечом. Не пробил бы. Так что отдуваться пришлось бы Ниршаву и тебе. Но тогда мы бы вряд ли успели убежать.

— Как, этой штуковиной ещё и так можно биться?

— Можно, — усмехнулась она. — Но очень надеюсь, ты этого зрелища не увидишь.

— Почему?

— Потому что, как уже было сказано, диск бьёт слабее меча, а я и с мечом не великий мастер. Давай тут всё обыщем.

— Что ты надеешься найти?

— Что угодно, Серт. Ещё я намереваюсь снять с этого существа шкуру. Частично. Из его хвоста чуть пониже щупалец можно сделать бурдюк. Ты умеешь снимать шкуру на бурдюк?

— Нет. А ты умеешь?

— Приходилось, — Аштия обогнула огромный обломок скалы, из-за которого «кенгуру» и появился. — Ага! Вот почему он так рьяно напрыгивал.

Я заглянул туда же и обнаружил странное подобие гнезда из огромных обрывков мха и сухих веток. В центре лежало яйцо. Одно, но большое.

— Надеешься раздобыться яичницей? — усмехнулся я.

— При чём тут яичница, — женщина примерилась диском и расколола яйцо. Жидкости, вытекшей наружу, оказалось совсем немного. Внутри, свернувшись эмбрионом, лежал пухленький кенгурёнок. Вполне натуральный, только асфальтово-серый. — Ну вот мы и с мясом. И с ремнями. Из шкурки нарежем ремней.

— Есть это?!

— Брезгливость придётся оставить. Или помирать с голоду. Забирай тушку, её вполне можно нести одному. А я сейчас закончу с этим и тоже приду. Интересно, в наше отсутствие Ниршава никто не скушал?

Ниршав пребывал в полном порядке. Он дрых увлечённо, настолько полно, всем организмом, что к нему нельзя было не проникнуться завистью. Тушку будущего «кенгуру» я сгрузил на камни, брезгливо отряхнул руки. Правда, в животе завывало уже так сильно, что перспектива поедать зародыш казалась всё менее мерзкой. В конце концов, какая разница. Сходил за оставленным валежником и в три приёма принёс, вроде достаточно, чтоб приготовить еду.

— Точно придётся в шлеме суп варить, — сказала, вернувшись, Аштия. Она тащила снятую чулком с хвоста шкуру. — Оттуда вроде влагой потягивает. Пойду посмотрю, что там с водой.