— Хорошо, — сказала Лаки. — Я буду иметь вас в виду на случай, если вы все-таки успеете. Удачного перелета. — И она отключилась.

Решив этот вопрос, Лаки занялась своим расписанием на пятницу. Первым пунктом там значился завтрак с Винус, которая прилетала в четверг вечером, вторым — встреча с Джеффри Лонсдейлом и людьми, которые сначала хотели купить «Ключи», но, узнав, что отель не продается, выразили желание вложить средства в ее будущие проекты. Потом Лаки предстояло принять участие в собрании акционеров, пообедать с Бобби и Макс, если они все-таки появятся, и наконец — поужинать с Ленни.

Ах, Ленни… Они не виделись почти полтора месяца — слишком долго, на взгляд Лаки. Впрочем, наверстывать упущенное было особенно приятно. Именно поэтому вечер пятницы она решила целиком посвятить мужу.

Только она и он.

И чтоб никто не мешал…

Скорей бы уж Ленни приехал!

На самом деле Билли очень хотелось прокатиться на машине Лаки, тем более что это была одна из последних моделей под названием «Феррари Калифорния»: изящный, мощный, современный и до неприличия дорогой автомобиль. Недавно Билли просматривал рекламный проспект с его техническими характеристиками и до сих пор ходил под впечатлением. Особенно его поразила максимальная скорость — сто девяносто три мили в час. Не машина, а ураган, думал он. Билли и сам собирался купить себе такой, так что пробная поездка на автомобиле Лаки пришлась очень кстати.

— Круто! — сказал он, усаживаясь за руль.

Макс неуверенно топталась позади машины, нервно покусывая губу.

— Когда я могу за ней приехать? — спросила она, но все внимание Билли было сосредоточено не на ней, а на великолепном автомобиле.

— Подъезжай ко мне домой часам к семи, — отозвался он, любовно поглаживая обтянутый кожей руль. — Может быть, мы зайдем куда-нибудь перекусить.

«Что это, приглашение на ужин? Круто!»

Потом Билли продиктовал Макс свой адрес, послал ей воздушный поцелуй и рванул с места.

«Господи! — мысленно взмолилась Макс, глядя, как «Феррари» исчезает вдали, — сделай так, чтобы с мамочкиной драгоценной машиной ничего не случилось!»

— И где этот твой Бобби, о котором мы столько слышали? — прогремел Дерек Джонс, отец Денвер. Он был независимым юристом и привык запугивать истцов всеми доступными способами — в том числе громким голосом и свирепым выражением лица.

— Я уже говорила тебе, па, — терпеливо объяснила Денвер. — Его рейс задержали в Нью-Йорке. Он приедет позже.

— Приедет ли?.. — Дерек сурово сдвинул брови. В его голосе явственно прозвучало сомнение.

— Да, — сказала Денвер уверенно. — Обязательно. Он обещал.

— А мне почему-то кажется, что сегодня мы его вряд ли увидим.

— Ради бога, па!.. Ну и что, если он не приедет? Познакомитесь с ним в следующий раз, только и всего.

— Кажется, кто-то начинает нервничать, — нараспев проговорил Скотт, любимый брат Денвер. — Хотел бы я знать, что в нем такого особенного, в этом пижоне?

— Он не пижон, — возразила Денвер. — И я не говорила, что он особенный.

— Зато ты ведешь себя так, словно на этом гребаном Бобби свет клином сошелся, — заявил Скотт, чем разозлил сестру еще больше.

— Пожалуйста, не выражайся, — вмешалась мать Денвер Отэмн — высокая, крупная женщина с седыми, собранными в «конский хвост» волосами и без признаков макияжа на лице. Отэмн любила одеваться в стиле хиппи — именно в такой одежде она щеголяла, когда училась в школе. — Если не можешь говорить нормальным языком, лучше не говори вообще.

В это мгновение — как по заказу — в комнату вбежала пятилетняя дочь Скотта Ханна.

— Твою мать!.. Твою мать!.. — вопила она. Скотт поспешно подхватил ее на руки и зажал рот ладонью. Следом за Ханной в дверь вбежал ее семилетний кузен Фил. Увидев сестру, он немедленно окропил ее струйкой воды из водяного пистолета, который сжимал в руке. Ханна возмущенно завопила.

— Безобразие! — с чувством воскликнула Отэмн. — И когда только это кончится?!

«Никакое не безобразие, — подумала Денвер. — Просто самый обычный семейный ужин у Джонсов. Они ведь все сумасшедшие — и взрослые, и дети».

И внезапно ей стало не так досадно, что Бобби не сумел добраться до Лос-Анджелеса вовремя.

— Ну и дрянь же ты! — заорала Макс, как только услышала в мобильном телефоне голос Куки. — Какого черта, а?!

— А что случилось-то? — спросила Куки самым невинным голосом. Она всегда говорила таким тоном, когда предчувствовала неприятности.

— Как будто ты не знаешь, — отрезала Макс. Она отправила подруге уже четыре текстовых сообщения, но не получила никакого ответа. В конце концов Макс решила позвонить, и — о, чудо! — Куки взяла трубку.