Лас-Вегас, 1968

Пегги Линдквист приехала в Вегас из Огайо. Тогда она была совсем юной, но амбициозной девчонкой с ногами, росшими от ушей, матово — белой кожей и огненно-рыжими волосами, которые невозможно было не заметить… И ее замечали. Рыжеволосая красотка привлекала к себе внимание всех мужчин без исключения. Как и большинство своих сверстниц, Пегги покинула родной дом с намерением сделать в Вегасе карьеру или по крайней мере заполучить богатого дружка. Ей едва исполнилось восемнадцать, и она готова была дать любому, лишь бы добиться своего.

Довольно быстро ей удалось получить место в «Цезарс-палас», где она танцевала в кордебалете популярного шоу. Обязанности были просты — главным было повыше задирать ноги, чтобы как следует завести публику. Иногда Пегги позволяла себе показать зрителям грудь, якобы случайно выскользнувшую из лифа атласного платья, расшитого мишурой и украшенного пышными страусовыми перьями. Груди у нее были натуральными и к тому же весьма не маленькими (размер 36 — С), с большими розовыми сосками. Мужчины кончали в штаны от одного их вида.

Девственность Пегги потеряла еще в тринадцатилетнем возрасте и с тех пор регулярно занималась сексом, как с одноклассниками, так и с парнями намного старше себя. Она отлично знала, что нужно мужчинам, и умела заставить их просить об этом.

С Джо Пискарелли она познакомилась на какой-то вечеринке. Джо был на двенадцать лет старше и отличался особой, жестокой красотой, словно гангстер из голливудских фильмов «про мафию». Девчонки теряли голову, стоило ему только щелкнуть крепкими смуглыми пальцами, но Пегги повела себя умнее. Она разыгрывала из себя недотрогу до тех пор, пока Джо не распалился настолько, что позабыл о своей мужской гордости. Он буквально умолял ее перебраться к нему. В конце концов Пегги согласилась и поначалу нисколько об этом не жалела. Неприятности начались позже. У Джо оказался бешеный темперамент; он впадал в ярость по самому ничтожному поводу и совершенно переставал себя контролировать. Каждый раз, когда это случалось, Пегги сбегала из дома, чтобы переждать бурю у кого-нибудь из подруг.

Однажды, спасаясь от ярости Джо, она поехала к девице из кордебалета, у которой никогда раньше не бывала. Там Пегги и встретила Джино Сантанджело. Он был старше Джо, но она сразу почувствовала окружавшую его ауру таинственности и силы. Уже тогда Джино Сантанджело считался некоронованным королем Вегаса — о нем и о его подвигах в городе ходили легенды. Пегги была наслышана об этом потрясающем человеке, главным образом — как о неутомимом любовнике, но сталкиваться с ним ей еще не приходилось.

В тот раз она переспала с Джино.

Продолжения не последовало, но Пегги знала — этой ночи она не забудет никогда.

На следующий день она как ни в чем не бывало вернулась к Джо.

А еще через две недели Пегги уже летела в Акрамшахр в личном «Боинге» эмира.

Сегодня она снова увидела Джино, и четырех десятилетий как не бывало. Конечно, он сильно постарел, но, глядя на его морщины и седину, Пегги как наяву видела того, прежнего Джино, которого так и не смогла забыть, как не смогла забыть их единственную ночь, наполненную обжигающей страстью.

Пегги до сих пор дорожила этим воспоминанием.

Своим внешним видом Арман остался весьма доволен. Костюм сидел как влитой, сорочка сияла белизной. Общую внушительную картину дополняли массивные золотые запонки и браслет из оникса с бриллиантами на левой руке, а также украшенные теми же бриллиантами часы за четыре с половиной тысячи долларов, которые Арман надел на правую руку. Это было не очень удобно, поскольку он был правшой, однако часы ему были нужны вовсе не для того, чтобы узнавать, который час. Дорогие часы на правой руке, считал он, будут заметнее и произведут более сильное впечатление.

Ну вот наконец он готов. Готов к переговорам, которые изменят его жизнь. Да что это он — какие переговоры?! Это будет просто встреча, во время которой продавец назовет цену, а он — выпишет чек, после чего великолепный вегасский отель перейдет к нему. От Нью-Йорка Армана уже тошнило — тошнило от нью-йоркских женщин, клубов, приемов и вечеринок. Ему нужны были перемены.

Вегас в этом отношении мог предложить ему многое.

Арман не сомневался, что очень скоро он покорит все Западное побережье, точно так же, как подчинил себе Восточное.

— Есть хочу! — пожаловалась Макс, как только Бобби появился из ванной комнаты в хвосте самолета.

Она знала, что ведет себя как капризный, эгоистичный ребенок, которому не уделяют достаточно внимания, но ничего не могла с собой поделать. В конце концов, должна же она выместить на ком-то свое дурное настроение!

— Когда это ты успела проголодаться? — откликнулся Бобби, которому не терпелось поскорее вернуться к Денвер. — В любом случае на борту полно продуктов. Буфет в твоем распоряжении. Скажи Ханни, и она…