— И я бы не сидел, не будь на мне «броника», — вздохнул Сергей.

— И это еще мое счастье, что они — законопослушные ребята и стреляют из «Макаровых». Влепил бы он с такого расстояния из какого-нибудь там «питона», меня бы сейчас от стены отскребали. Синячищи видел?

— Видел, — согласился Сергей.

— И потом, — Гектор запнулся, а затем быстро и предельно сухо закончил: — Поинтересуйся насчет трупа девушки.

— Уже интересовались. Юрка через Васю узнавал. Твоя дочь, если она, конечно, на самом деле твоя дочь, едет сейчас в поезде и завтра днем прибудет в Волгоград.

— Как? — выдохнул Гектор.

— Вот так.

— А Валька сказал, что…

— Только и слышу: «Валька сказал…», «Валька сказал…». Твой Валька кто? Господь Бог? Почему ты ему веришь, как святому?

— Так я… — Гектор не нашелся что ответить.

— Вот именно, — ответил Сергей.

«Трешка» припарковалась у Павелецкого. Сергей подумал, предупредил Гектора на всякий случай:

— Пистолет у меня под рукой. Запомни: если что, я в тебе дырок понаделаю — три года штопать будут. «Броник»-то твой в багажнике валяется.

— Да знаю, — кивнул Гектор. — Пошли?

Они зашагали мимо вокзала, мимо темных багажных ангаров, к тупиковому отстойнику.

В сторожке горел свет. Одинокий страж порядка читал газету и попивал крепкий чаек. Он ни на что не реагировал и ничего не хотел замечать.

— Скажем, что из милиции, и лопатками к стене. Он нам все выложит, — раздухарился Гектор, окрыленный новостью. Известие о том, что Лидка жива, вернуло его к жизни. — Как у вас такие дела обычно делаются?

— Обычно у нас такие дела вообще не делаются, — ответил Сергей. — И потом, лопатками к стене — это, конечно, хорошо. Но вдруг этот парень окажется каким-нибудь каратистом или дзюдоистом, боксером, я не знаю. Он ведь нас обоих по всему вокзалу гонять будет, как Бог черепаху.

— Почему это? — обиделся Гектор.

— А ты полагаешь, что со своей сломанной ключицей один за тридцать три богатыря сойдешь? Не смеши меня. — Сергей постучал в ворота. — Будем действовать, как нормальные герои.

— В обход?

— Точно.

Верзила-сторож отложил газету, прищурился, поднес ладонь к окну, всматриваясь в полумрак. Ничего не разобрав, он приоткрыл одну створку и приблатненным голосом поинтересовался:

— И чего надо?

— Слышь, командир, — тихо и как-то необычайно веско произнес Сергей. — Это ведь к тебе сегодня в начале третьего мои друганы подваливали? С коробкой такой здоровой. Так?

— Ну? — не очень охотно подтвердил верзила.

Вообще-то Гектор ожидал услышать что-нибудь вроде: «А иди-ка ты отсюда подобру-поздорову, и чем скорее, тем лучше», а посему удивился, что верзила как-то сразу присмирел. Ему понадобилось не меньше полминуты, чтобы сообразить: сторож боится связываться с посланниками Жнеца. А это означало, что он был в курсе, когда и кто приедет.

— Они сказали: коробку оставили у тебя. Мы должны ее забрать. Тащи давай сюда. У нас мало времени.

— Так… не оставляли они, — побледнел сторож. — Ничего не оставляли. Прошли туда, вернулись без груза. С коробкой этой вернулись. Только она сложена уже была. С ней и вышли.

— А нам сказали, что оставили, — с легкой угрозой в голосе произнес Сергей. — Знач, так. Сиди здесь и никуда ни ногой, поэл? Не дай божок. А мы слетаем звякнем, выясним фишку. Поэл? Ни ногой чтобы у меня.

— Я понял, — еще больше бледнея, ответил сторож, предчувствуя огромные неприятности. И не просто огромные, а фатальные. Кто ж знает, что в той коробке было? Одни зажилили и на него спихнули, а эти двое теперь счет выставят. — Я никуда. Только тут.

— Знач, праильно поэл, — с видом удовлетворенного во всех смыслах жлоба кивнул Сергей и повернулся к Гектору: — Ну, пошли, звякнем.

Они двинулись к стоянке.

— Убедился теперь, Фома неверующий? — торжествующе спросил Гектор, когда они удалились от ворот на приличное расстояние.

— Убедился. В том, что какие-то парни действительно проносили коробку. Ну и что? Это не доказательство.

— Ну правильно, трам-та-ра-рам. Значит, против них не доказательство, а против меня такая же лажа — доказательство.

Сергей остановился, взял Гектора за пуговицу и, глядя ему в грудь, тихо сказал: