– Успеем, потерпи. Да и что дергаться? Сидишь в комфорте с классным парнем, приятно общаешься, получай удовольствие.

– Ага, тепло, светло и мухи не кусают. Надоело!

– Ну, как скажешь. Сама напросилась!
– и Алекс, спокойно выехав из своего ряда, резко рванул по встречке. Каким образом ему удавалось ускользать от сигналящих автомобилей и разъяренных водителей, Сандра так и не поняла. От ужаса она даже глаза закрыть не смогла, только вцепившись во что-то намертво, пыталась вспомнить слова молитвы. Молитва не вспоминались. Ни одна.

К счастью 'веселье' закончилось очень быстро. Когда она поняла, что машина уже припаркована возле театра, девушка начала с усилием разжимать пальцы.

– Эй, расслабься уже!
– с насмешкой протянул Алекс.

– Если я сейчас расслаблюсь - я уписаюсь, - хрипло пробормотала Сандра. Не культурно, зато, правда.

Парень жизнерадостно заржал, вышел из автомобиля и, открыв ее дверь, вытянул на свежий городской воздух. Сандра вздохнула поглубже, пытаясь успокоить паникующий организм.

– Тебя не укачало?
– заботливо спросил парень, наверняка, беспокоясь о сохранности своей рубашки.

Сандра помотала головой, но, на всякий случай, отошла от него подальше, зачем нервировать?

– Я уже думал, ты совсем изменилась, а трусихой как была, так и осталась.
– Сандра посмотрела вопросительно, и что означает сей пассаж?
– Пойдем, времени еще много, успеем чая попить.

– О, нет, мой организм не в состоянии принимать еду и напитки. Мне нужно успокоиться.

– Тогда, просто пройдемся. Ну, вперед.

И пошли. В этом месте набережная была, пожалуй, самой красивой в городе: спокойной и роскошной, до сих пор сохранился грандиозный размах шестидесятых, хотя, все постройки того времени были реставрированы и превращены в дорогущие современные отели. Все равно, в этом месте жизнь осталась медленной, размеренной, тихой, настоящий курорт без всяких натяжек.

Сандра почти успокоилась, когда вдруг почувствовала, что ладонь Алекса уверенно захватывает ее ладонь. И тут она поняла, что только так ей спокойно, надежно и уверенно, только так она защищена. Девушка изумленно уставилась на своего спутника и, даже остановилось, так ее потрясло внезапное открытие.

– Что?
– поинтересовался тот.

– У меня появилось странное впечатление, что с тобой, правда, никто не обидит.

– Это значит, что у тебя прекрасная интуиция, - самодовольно сообщил парень.

– Единственное, что портит приятное ощущение - мысль, что обидеть можешь ты, и весьма основательно.

– Я ошибся, интуиция у тебя фиговая! Не работает ни черта, - отпустив ее руку и скорчив обиженную мину, оставшуюся часть прогулки он провел в молчании.

Так же в молчании, они дошли до здания театра, зашли внутрь, сели на свои места, и так же смотрели весь спектакль. Впрочем, это было хорошо, такие спектакли не нуждаются в нелепых комментариях и обсуждениях.

Уже в машине, Алекс, видно поняв, что его обиды не вызывают угрызений совести у девушки, поинтересовался:

– Понравилось?

– Да, - задумчиво протянула Сандра, - Она гениальная актриса.

– Согласен. Я не ожидал. Честно сказать, ехал только из-за тебя.

– Я знаю. Спасибо. Ты мастер делать подарки.

– Как правило, нет. Это ты вынуждаешь напрягать мозг.

– Бедняжка. Непривычное для тебя занятие?

– И почему ты такая вредная?

– Ну, извини, какая есть.

– Ужинать будешь?
– вдруг предложил он. Вот те на! А она-то уже думала, парень сдулся.

– Ты разве не знаешь, что после шести есть нельзя? Конечно, буду, я ужасно голодная.

– Пиво пьешь?

– Почему нет? Тем более, летом. Я не сноб.

Загнав машину во двор какого-то... дома? Нет, скорее, особняка, расположенного совсем рядом с набережной, они отправились в немецкий ресторанчик у причала. Еда там была отменная, интерьер приятный, официантки - вышколенные и полны любви к жизни и посетителям, а цены вполне доступные. Один недостаток - отсутствие любого алкоголя, кроме пива, для некоторых он был весьма существенным.