— Нет, я так не думаю, — раздраженно бросил Мур. — В то же время в галерею зашел мужчина, он долго осматривал картины, и я не мог за ним уследить.

Мур не рассказал ни ей, ни Марши о крупном мужчине, с которым разговаривал на улице. Интересно, это был один и тот же человек?

— Вы можете его описать?

— Все, что я запомнил, — на нем был костюм, — слишком поспешно ответил Мур и сел за рабочий стол.

От Франчески не ускользнуло, как задрожали при этом его руки.

— Боюсь, мне придется задать этот вопрос, мистер Мур.

Где вы были в субботу днем и вечером?

Мужчина побледнел:

— Почему вас это интересует?

— Прошу ответить, — вмешался Харт.

Мур возмущенно фыркнул, но продолжил уже спокойнее:

— Днем мы были на прогулке, а вечер провели дома вместе с миссис Мур.

Франческа и Харт переглянулись. Неожиданно Харт положил руку ей на плечо:

— Пойдем.

Франческа кивнула:

— Мистер Мур, если вы вспомните что-то, что может помочь нам найти вора или разобраться в событиях прошлого вечера, я буду вам очень благодарна. — В этот момент у нее возникла идея — отличная мысль, хоть и несколько запоздалая. — Да, мистер Харт назначил внушительное вознаграждение нашедшему портрет.

Мур расправил плечи и вскинул голову.

Харт приподнял одну бровь и повернулся к Франческе.

Она была уверена, что ее слова вызовут заинтересованность. Она мысленно сделала заметку, что необходимо проверить состояние его банковского счета и переговорить с владельцем дома номер 529 на Бродвее.

— Сумма в десять тысяч долларов, — добавила она, и эти слова заставили Мура побледнеть.

Поблагодарив владельца галереи за потраченное время, Франческа и Харт вышли на улицу, освещенную ярким июньским солнцем.

— Никто не станет хранить запасные ключи от галереи в галерее. Мур должен был держать их дома. Думаю, мне надо поискать их там или позволить Джоэлу сделать то, что ему так хорошо удается, — сказала Франческа.

— Хорошая мысль отправить туда Джоэла. Кстати, я уже сообщил всем владельцам галерей и агентам, занимающимся живописью, что заплачу пятьдесят тысяч тому, кто найдет портрет.

Франческа заморгала:

— Огромные деньги!

— Гроши, по сравнению с тем, какой ущерб может нанести этот злополучный портрет.

Она задрожала.

— Ты заботишься обо мне больше, чем стремишься показать.

Харт с грустью посмотрел на нее:

— Что сказала тебе миссис Мур? По блеску в глазах я понял, что она подкинула тебе ниточку, за которую можно потянуть.

— Колдер, она сказала, что некий мужчина пытался поговорить с ее мужем и что она видела его несколькими днями раньше у галереи, а прошлым вечером на улице рядом с их домом на Бродвее. Марши сказала только, что это был крупный мужчина, он показался ей опасным типом.

— Не слишком подробное описание, — нахмурился Харт.

— Колдер, я должна еще кое-что тебе сказать. Шеф Фарр трижды наведывался к Саре после пропажи портрета и задавал ей вопросы. Она рассказала ему, что на портрете изображена я, и заметила, что портрет очень меня компрометирует.

Харт помрачнел.

— Проклятье, — пробормотал он себе под нос, и выражение лица стало грозным.

«Сейчас передо мной прежний Харт», — подумала Франческа и взяла его за руку.

— Мы же решили не посвящать в это дело полицию. — Он осторожно освободил руку. — Как Фарр мог узнать, что портрет украден?

— Пока неизвестно. Полагаю, слуги слышали, как мы обсуждали пропажу. Ты сам сказал, что объявил вознаграждение, и это не было тайной. Могли подкупить слуг… Да, это еще не все.

Харт смотрел на нее с тревогой и ожиданием.

— Мне даже страшно.

— Когда мы с Брэгом приехали вчера в галерею, Фарр уже был там. Он в курсе всего, что происходит в управлении. Рик отправил туда полицейских, вероятно, Фарр был дежурным офицером. Он доложил, что портрета в галерее уже не было, когда он появился там со своими людьми. Когда я увидела его, меня охватил страх. Я представила, что он мог увидеть.

— Полагаешь, Фарр видел вчера портрет — и украл его? — Харт заметно нервничал. — Как он мог это сделать на глазах у стольких полицейских?

— Нет, тогда ему надо было приехать на место раньше остальных. Брэг уже все проверил. Кто-то из соседей обязательно бы заметил, как он выносит картину — полиция уже всех опросила. Похоже, Фарр говорит правду, портрета не было в галерее к моменту их прибытия. Но есть еще один весьма подозрительный факт. Вчера, когда я уезжала отсюда в церковь, у дверей оставался полицейский и один из соседей, они меня выпустили. Когда приехал Фарр с полицией, дверь была взломана, а стекло разбито — я сама это видела. Получается, кто-то опять запер галерею, и вору пришлось взломать дверь, чтобы проникнуть внутрь.