Финн сунул ему еще одну сотню и подмигнул:

— Уж мы постараемся.

Хавьер отстегнул бархатный шнур, посторонился, и мы вместе с Финном прошли в клуб.

Возможно, с виду клуб и казался безликим, но внутреннее убранство «Нападения северян» имело свое лицо. Интерьер был оформлен в прелестном стиле декаданса. Красные бархатные драпировки на стенах, изысканный бамбуковый пол и, собственно, бар — искусно созданный изо льда. Поверхность барной стойки украшали причудливые руны, в большинстве своем в виде солнца и звезд — символов жизни и радости. За стойкой стоял человек в синей шелковой рубашке и смешивал напитки. Глаза его в полутьме переливались сине-белым цветом. Этот элементал Льда заведовал баром и следил за тем, чтобы его творение не утратило формы до конца вечера.

Мужчины и женщины в облегающих откровенных нарядах курсировали по залу, предлагая гостям шампанское, клубнику в шоколаде и свежие устрицы. Всё остальное в меню подавалось за деньги: будь то еда, напитки, секс, кровь или наркотики. Обслуживающий персонал клуба состоял в основном из вампиров, и все они оказывали интимные услуги. У каждого на шее висела цепочка с руной в форме пронзенного стрелой сердца, а на лице светилась улыбка, сулившая удовольствия. Чего бы вы ни пожелали — за ваши деньги любой каприз.

Кто-то из публики отрывался на танцполе под раскаты рока. Кто-то обжимался на диванах. Поцелуи, поглаживания, ласки, стоны. Иногда столики начинали ходить ходуном — это люди под ними занимались сексом прямо на полу. Тут и там вспыхивали красные огоньки, и к потолку поднимался дымок от запретных зелий. Каждый посетитель что-то пил. Парочки то и дело поднимались по лестнице в заднюю часть клуба. Комнаты наверху сдавались на полчаса тем, кто любил устраиваться с комфортом.

Еще один великан-вышибала с бархатным шнуром преграждал путь в другое крыло заведения — вход в отдельные кабинеты, зарезервированные для специальных гостей Рослин Филлипс, щедро плативших за эту привилегию.

Мы втроем прошли в глубину клуба, и в толпе я заметила Рослин. Темноволосая вампирша переходила от диванов к столикам, от столиков к танцполу и обратно. Пожимала руки, улыбалась, болтала с клиентами и поощряла гостей ни в чем себе не отказывать. Она успела сменить брюки для йоги на облегающий шелковый костюм кроваво-красного цвета. Глубокий вырез пиджака демонстрировал взглядам ложбинку декольте, юбка заканчивалась у середины бедра. Плотно облегающие ноги сапоги на шпильках доходили до колен.

Многие — мужчины и женщины — останавливали Рослин и что-то шептали на ухо. Но вампирша лишь вежливо улыбалась в ответ, отказываясь от предложений. Проституция осталась для нее в прошлом, и теперь Рослин не входила в меню. В руководящей должности есть свои прелести.

Через минуту Рослин почувствовала мой взгляд. Она прищурилась и покачала головой, давая понять, что Карлайл еще не пришел. Я толкнула Финна.

— Там твоя подружка, — сказала я, стараясь перекричать музыку. — Иди, составь ей компанию. Когда она заметит Чаки Си и скажет, в каком он номере, позвонишь мне на сотовый.

Финн кивнул, уже направляясь к Рослин.

— И что теперь?— спросил Кейн.

Я указала головой в сторону бара:

— Пойдем, закажем выпить. Будем дожидаться Карлайла с комфортом.

Мы вклинились в толпу, обогнули танцпол и оказались у бара. Вблизи ледяная стойка являла собой поистине впечатляющее зрелище; она была так насыщена элементальной магией, что отбрасывала слабое голубое свечение. Сила сочилась из бармена, словно вода по капле из крана — так он поддерживал свой бар в целости и сохранности. Впечатляющая выдержка. Моя собственная слабая магия Льда шевельнулась в ответ.

Бармен положил на ледяную поверхность салфетки.

— Что я могу вам предложить?

— Джин со льдом, — сказала я.

Донован Кейн приподнял бровь:

— Разве это не забавно? Джин заказывает джин.

Я пожала плечами:

— Может, и забавно, но я люблю этот напиток. А ты что будешь?

— Виски, неразбавленный.

Бармен отошел приготовить наши заказы. Детектив развернулся на стуле, чтобы видеть происходящее в клубе. Я подперла рукой подбородок и принялась изучать Кейна. Черные волосы, золотистые глаза, стройное тело. Не красавец, конечно, в общепринятом смысле этого слова, но все составляющие складывались в единый образ: дерзкий и прямой, который я находила очень привлекательным.

Донован Кейн мог ненавидеть меня, ненавидеть мои поступки, ненавидеть ту легкость, с которой я убивала. Но детектива влекло ко мне. Он хотел меня так же, как я хотела его. Я увидела эту тягу в его глазах в самую первую ночь, на балконе оперного театра. А потом еще раз, в «Паре пустяков». И сегодня, когда ела йогурт. Я посмотрела на часы. Еще нет и десяти. Вероятно, нам придется подождать, пока Чарльз Карлайл не объявится. В голове у меня одна за другой возникали идеи, как скоротать это время.