— Едва, — согласился Кейн.

— Что насчет Хейли? — спросила я детектива. — Что она делала после моего ухода?

— Да ничего особенного, — ответил Кейн. — Минутку посидела, провожая тебя взглядом, потом резко встала и затерялась в толпе.

Пошла искать Алексис, прямо как я и предполагала.

— Что дальше? — спросил Кейн.

— Переждем здесь, пока Мэб Монро и её охранник не утратят ко мне интерес, а Хейли Джеймс не позвонит, — ответила я. — И то, и другое надолго не затянется.

Я прошла мимо детектива. В чулане не было почти ничего, кроме металлического держателя, на который присел Донован. Ведро и швабра. Несколько коробок с резиновыми перчатками. Хлипкий диванчик, вынесенный из клубного салона. Я набрала номер Финна. Друг ответил после второго гудка.

— Тебе следовало остаться, — сказал он. — На официанта, которого ты сбила, все ещё орут. Как стая дерущихся ворон.

— Ты где? — спросила я.

— По-прежнему в баре, — ответил Финн. — Болтаю с Грейс.

Наверное, Финн подмигнул ей, потому что я услышала в трубке женский смех. Тот самый высокий лающий смех, каким всегда смеются в сказках злые ведьмы. Должно быть, та же старая морщинистая карлица, с которой я его видела чуть раньше.

— Грейс передает тебе привет, — продолжил Финн.

— И ей привет, — рявкнула я. — Не расскажешь ли, что там происходит?

Финн вздохнул:

— Ты хоть разок можешь расслабиться и насладиться представлением?

— Нет. А теперь рассказывай, что произошло после того, как я оставила Хейли. Детектив сказал, что она тут же вскочила и унеслась в толпу.

— Прямиком к Алексис, — отрапортовал Финн. — Хейли вытащила сестру на улицу, в патио. Они разговаривают. Видно, что Алексис недовольна. Стивенсон тоже там. Бедняга выглядит так, будто сейчас в обморок упадет. Все промокает лоб платком.

Я улыбнулась. Хорошо. Настала пора суке понять, с кем она связалась.

— Приглядывай за ними, но не дай им себя заметить. Если соберутся куда-то уходить, сообщи. Не ходи за ними.

— Да, госпожа, — съерничал Финн. — И не волнуйся. Грейс составит мне компанию.

Финн нажал отбой, и я тоже отключилась. Положила телефон на металлический держатель прямо рядом с туалетной бумагой, подошла к диванчику и плюхнулась на него. Подушки просели под моим весом, а прорвавшая обивку пружина впилась мне в зад. Я поерзала, но не сумела соскочить с мерзкого металла.

Донован Кейн оттолкнулся от держателя и принялся мерить комнату шагами: пять в одну сторону, пять в другую. Пол поскрипывал под его ногами, и я почувствовала, как на меня накатывает приступ головной боли.

— Собираешься весь следующий час ходить туда-сюда? — спросила я. — Потому что мне это уже сейчас действует на нервы.

Детектив ничего не ответил, а просто продолжил вышагивать. Его быстрые четкие движения завораживали, и я скользнула взглядом по его плечам. В чулане пахло его чистым мыльным ароматом, перебивающим стойкий запах чистящего средства. Мне вспомнился последний раз, когда мы были друг к другу так близко: прошлой ночью в «Нападении северян». Каким твердым был Донован Кейн. Как сильно я хотела закончить начатое. И было ещё обещание, данное самой себе. Взять все, что смогу, сегодня, прежде чем завтра мы с детективом распрощаемся.

Я бросила взгляд на наручные часы. Пятьдесят минут. Уйма времени. Финн внизу приглядывает за обстановкой и очаровывает пожилую карлицу, а мы сидим в безопасности здесь. Наверное, Хейли и Алексис Джеймс сейчас изо всех сил пытаются решить, что делать и как ответить на мои требования. В этом-то и был весь смысл огорошить их на публике. Сейчас они не представляют для нас угрозы. Что же до великана, так на обыск всего загородного клуба у него уйдут часы, если он вообще станет этим морочиться. Наверное, Мэб Монро уже приказала ему вернуться, учитывая суматоху, которую я устроила, чтобы оторваться от хвоста.

У нас с Донованом Кейном есть целых пятьдесят минут наедине. Я смерила детектива взглядом с головы до ног. Лучше способа скоротать время и не придумаешь.

Я кашлянула. Донован остановился и посмотрел на меня.

— Знаешь, если сестры Джеймс согласятся на наши условия, все это закончится. Завтра мы все вернемся к обычной жизни, — сказала я. — Финн. Ты. Я.

Донован кивнул:

— Знаю.

Он смотрел на меня, и на его лице отражалась буря эмоций. Желание. Страсть. Тяга. Вина. Он пожирал меня ореховыми глазами, переводя взгляд с губ на грудь, с груди на ноги и снова на губы. Но не двигался в мою сторону. Не пытался взять то, чего так страстно хотел. Значит, первый шаг за мной.