Рядом точно так же растроганно плакала Тамара Дмитриевна.
Врач взглянул на Нину:
— Меня зовут Алексей.
Алексей Демьянович, вспомнила Нина. Как он там? Алексей — человек Божий…
— А я Нина…
Он улыбнулся:
— Нина… А когда у вас выходной? Небось вызовов миллионы?
— Нет, я теперь в клинике… Недавно перешла. В Первую градскую.
Алексей просиял:
— С бабушкой будет все хорошо… Я загляну через три дня, в свое дежурство. А что вы делаете в субботу?
Нина недоуменно и внимательно всмотрелась в его лицо. На высоких скулах, очевидно неловко расцарапанных бритвой, остались кровавые бороздки, светлые длинные пряди нежно прильнули к худым щекам… Узкие усталые глаза переполняло тревожное ожидание ответа.
