— Раф? — я разинула рот.

— Что случилось? — спросил он.

Слезы жгли мне глаза.

— Чт…что случилось? Ты чуть меня до смерти не напугал, вот что случилось! — я вся дрожала. Он попытался встать, но, приложив руку к голове, снова лег обратно. Он издал звук, похожий на «ах» и закрыл глаза.

Меня охватила паника.

— Раф! Ты в порядке?

— Черт… моя голова, — он не двигался.

Волна облегчения накрыла меня, и я издала смешок. Если Раф мог чертыхаться, он будет жить. Я осторожно убрала его руку от головы. Багровая шишка на его лбу становилась красной, словно лужа крови под кожей.

— Ты серьезно ударился, Раф, — странно то, что один вид его травмы меня успокаивал. Он вздрогнул, когда обнаружил шишку. — Что за… Как я оказался на полу?

Я не знала, что сказать. Прости, Раф, что чуть не убила тебя своей невероятной силой? Это смешно. Нет. Надо придерживаться фактов.

— Ты с головой окунулся в домашнюю работу, — я махнула рукой на стол позади нас. — А потом ты упал со стула, и я немного смягчила твое падение, — в моей правой лодыжке пульсировала боль, но я проигнорировала ее.

— Ты что-нибудь говорила, до того… — он с трудом поднялся на локтях. Я почувствовала прилив крови к лицу. — Думаю, что слышал тебя, Кира. В своей голове. Ты сказала что-то, но я знаю что, твои губы не двигались, потому что… — он слегка улыбнулся. — Потому что я все время смотрел на твои губы.

— Чччто… — мой голос затих. — Что я сказала?

— В том-то и дело, я не помню, — он нахмурился. — Может быть, это был удар по голове?

— Да, — согласилась я быстро. — Я имею в виду, ты же не мог услышать то, о чем я думаю, правильно?

Он посмотрел на меня.

— Ты думаешь, что я идиот, который падает в обморок из-за домашнего задания?

Я засмеялась и закашлялась. Моя рука снова дрожала.

— Да. Это именно то, о чем я подумала. Это и то, что тебе нужно в больницу. Давай, — я поднялась, и моя вывихнутая лодыжка напомнила о себе. Волна головокружения заставила меня покачнуться.

— Ты в порядке? — он пытался понять из-за чего мне так больно.

Я застонала, когда поднимала его. Распределив вес на другую ногу, я оценила вес Рафа.

— Я не знаю как, но ты весишь столько же, сколько Симус.

Он улыбнулся своей ослепительной улыбкой, а затем вдруг стал серьезным, посмотрев на мою правую ногу.

— Может быть, ты пойдешь в больницу вместе со мной?

— Да, я пойду с тобой. Кто-то же должен удержать тебя от второго удара головой об асфальт, — я доползла до скамейки и поспешно сложила наши вещи в рюкзаки. Он забрал у меня их и перекинул себе через плечо. Скользнув рукой под предложенный им локоть, я была рада чувствовать его живым и теплым. Все были еще на занятии, так что никто не заметил, как мы ковыляли в кабинет медсестры.

Я сжимала свою свободную руку всю дорогу, чтобы она не дрожала.

Я думаю, мама Рафа причинила ему больше боли, чем шишка.

Ана Амаро Сантос зацокала по кабинету спустя несколько минут после звонка медсестры. Миссис Сантос склонилась над Рафом, гладя его волосы ухоженными руками и мысленно говоря ему что-то, от чего медсестра заулыбалась, а Раф покраснел.

Как всегда я не слышала их мыслей. Я заняла угол тесного кабинета медсестры, сохраняя дистанцию. Я старалась думать о хорошем, словно мои мысли снова могли ожить, а желания сбыться. Возможно, это было всего лишь совпадение. Возможно, у Рафа был обморок в тот самый момент, когда мой ум приказал ему прекратить пытаться меня поцеловать. Но в моем животе завязался узел, и я знала, что это не просто совпадение. Что электрические заряды в моем мозгу что-то сделали с Рафом. Все, кто изменился, говорили, что чувствовали изменение в мозгу. Я поняла, что что-то меняется внутри меня, но это не было изменение, которого я ждала все эти годы. Я превратилась в нечто опасное.

Я боялась, что все заметят вину на моем лице. Но никто этого не увидел.

Миссис Сантос забрала Рафа в больницу, чтобы убедиться в отсутствии сотрясения мозга. Его мама просила врачей сделать тесты, пока не была удовлетворена отсутствием опухоли мозга, но я уверена, что Раф был в порядке. Медсестра настояла на перевязке моей лодыжки, так как я едва ли могла влезть в обувь.

Я решила пройтись до дома пешком по жаре, не рискуя ехать на автобусе. Мамы не было. Вероятно, она подвозила отца до базы, хотя он мог взять машину. Я была благодарна за то, что она была в безопасности, когда все это случилось. Я сорвала повязку, как только вернулась домой, чтобы избежать лишних вопросов. Она застряла в мусорной корзине, и мне пришлось ударить по кнопке три раза, чтобы убрать ее.

Мои руки все еще дрожали после случая с Рафом, а желудок ворчал от пропущенного обеда. Я искала что-нибудь теплое и уставилась на интерфейс печи. Интересно, почему я не удосужилась узнать, как она работает. Инструкция по навигации сенсорной панели была на латинском, и после минуты усердий, я сдалась и хлопнула рукой по столешнице.

— Кира? — голос мамы напугал меня настолько, что я чуть было, не подвернула еще и вторую лодыжку. Я не слышала ее шагов, а она застыла на пороге кухни. Ее белая рубашка была помята, лицо было уставшим, словно она бросилась сюда, чтобы проверить, была ли я одна здесь.