Тото слышал их, но не слишком прислушивался. Он улыбался. Белка Чуй что-то сделал с перстнем. Что ж, значит, настало время. Даже в Спирали.

– Итак, тоннель уничтожен.

– Точно так! – вытянулся кель-фатх-шуршур.

– Значит, на нулевой план хода нет?

– Никак нет, высокий господин Командующий!

Керменштекз болезненно поморщился. За ту дрянь, которой его вчера напоили, стоило бы расстрелять парочку троедин, но имея всего трех подчиненных, особо не разгуляешься.

– Выражайся яснее, мясо! Мы можем уйти из этого безумно экологичного мира куда-нибудь подальше, или нет?

– Полагаю в меру своего низкого интеллекта, что можем! – сказал Миша. – Допрошенный вампир показал, что хотя ни тоннеля, ни колодца, проложенных некоторое время назад Ведомством Тьмы для Армии Вторжения не существует, существует сам метод.

– Сам метод?.. – Сириусянин отхлебнул пива. – Точнее, дебил. Еще точнее.

– Если мы захватим одно из местных отделений Ведомства, то Старшие, безусловно, сумеют для нас такой тоннель построить.

– Идиот. С их Старшими связываться можно только при тысячекратном превосходстве в численности, этому в любой академии учат. Впрочем, тебе-то откуда знать, солдат Сириуса… – Керменштекз всосал немного манной каши и воздел палец. – Мы не можем вести открытых боевых действий! Император верит в нас. Значит, на нулевку нам не пройти, придется окапываться на месте.

Миша вздохнул и покосился на вытянувшихся биоргов. Третьим к строю добавили изрядно побитого Зинаида – длины парада ради. Биорги сделали большие глаза.

– Господин Командующий! – Кель-фатх-шуршур позволил себе подпустить в голос трагичных ноток. – Скоро зима! Местные неразумные правительства полностью ликвидировали технический прогресс, что сильно сказалось не только на средствах отопления, но и на сельском хозяйстве. Короче говоря, остаться здесь нам будет очень трудно.

– В спячку заляжем, – легкомысленно предположил Керменштекз.

– Наши модели не предусматривают… Мы же приматоподобны.

– С кем приходится работать!

– Кроме того, аборигены становятся небезопасны. Во время спячки Армия Вторжения может быть ими съедена. Обрадует ли это Императора?

– Вряд ли… – Керменштекз допил пиво. – Ладно, какие еще соображения?

Миша молчал и пожирал глазами начальство. Соображений у него не было. Ночью биорги не только били вампира и уничтожали закупленные припасы, но и отнесли семьям расходных почти всю имевшуюся валюту – согласно первоначальному плану, поскольку новых распоряжений от Командующего не поступало. Если не считать храпа, конечно. Оставаться на первом плане в таком положении – смерти подобно.

– Значит, мы зашли в тупик? – грозно спросил Керменштекз. – Солдаты! Я приказываю вам именем Императора: найдите, ублюдки, выход!

– Не имея сил выполнить приказ, готов умереть, но последние слова мои будут «Слава Императору!» и «Позвольте сообщить об одном происшествии!» – сказал Миша.

– Позволяю, мясо.

– Вчера мы случайно встретили в Ясеневе…

– В Ясеневе?! Что вы там делали?

– Мы выставили караул и совершили вылазку за языком, – немного соврал Миша. Модуль самоуничтожения внутри него опасно напрягся, однако предательства интересов Сириуса и Императора не обнаружил. – Пойман гном. Тот самый.

– Тот самый… – вздохнул Командующий. – Я все должен помнить?

– Гном Агши, сочувствующий делу Сириуса, доказавший на деле. Разрешите ввести?

Командующий кивнул. Агши, все это время находившийся в комнате, вышел из-за строя, чеканя шаг и из личной неприязни отдавив вампиру лапу.

– Я владею информацией, ради которой любой семипалечник левую руку сожрет, – сразу сказал он. – Истинная Руна всплыла!

Против его ожиданий, Керменштекз не вскочил, опрокинув стол, а лишь выпучил на гнома мутные глаза.

– Что ты несешь, недосущество? Какая еще руна и какая левая рука? Кель-фатх-шуршур, да не оскорбил ли он мою расу?

Миша тут же отвесил Агши хорошего пинка и оскорбленный в лучших чувствах гном отлетел в гол.

– Ну вы что, высокий господин! – закричал он, потирая зад. – Об Истинной Руне не слышали?! Некопируемый символ, вороны Мугин и Хунин принесли его Одину…

– Не надо сыпать русскими фамилиями, я их плохо запоминаю. И не щебечи так, Командующему нездоровится. Что за руна?