— Черт возьми. — Кричала я в очередном порыве бессильной ярости, пока сидела на кровати, откусывая от принесенного мне Тией яблока. — Неужели Райт не догадается, что в моей смерти повинны другие?

— Ты же человек, Маи-йя. — Пробормотала Тиа, обмазывая мои обожженные пальцы лечебной мазью. — Все можно ловко подстроить. Твоя жизнь — не такая уж крепкая вещь. Факел бы убрали. Разбитое стекло… ты могла сама разбить окно, стараясь выбраться или позвать на помощь.

— Ага. А запертая дверь? Я же не могла закрыть себя сама.

— Да все что угодно, Маи-йя. Замок заклинил. Ты до двери не могла добраться, через дым. Была слишком слаба, чтобы открыть. И еще много-много причин. Ты же человек. Вопросов не возникнет. Ты можешь умереть безо всяких причин, и это никому не покажется удивительным.

— Райт — не последний идиот, чтобы верить во все это. — Пробормотала я, краем глаза замечая расширенные глаза Тии.

— Владыка — надавила она — может и не глуп, но что это даст, если Маи-йя будет уже мертва.

— Они что, его совершенно не бояться?

— Владыка не будет горевать о смерти рабыни. Они знают это. Одной больше, одной меньше. Если бы Владыка объявил, что Маи-йя — его женщина, все было бы иначе.

— Я не его женщина. — Бросила я, доедая яблоко.

— Это уже очевидно, Маи-йя. Видимо, Мать не дает второго шанса никому. — Грустно вздохнула Тиа. — И потому ты в такой опасности.

— Я в опасности с тех самых пор, как чертов Блэквуд… — я споткнулась на полуслове — появился на моем пути. — Закончила я бормотанием, после чего уже громче добавила: — Это не может продолжаться вечно.

— Всему есть конец. Вечно? Конечно, нет.

Да. Конец, он будет. Меня больше интересовало, устроит ли он меня. Пока все двигалось к отрицательному ответу.

А потом, в одну из «спокойных» ночей все стало крайне отрицательно.

Я как раз готовилась ко сну, переодеваясь в тоненький легкий сарафанчик, который служил мне ночнушкой. Тиа отправилась с ведром и кинжалом наперевес за водой. Маленькая Анаджай прихорашивалась, сидя на стульчике, умывая лапкой мордочку.

Когда зазвучал скрежет, словно кто-то поворачивал ключ в замке, я не предала этому особого значения. Ключи были только у меня и Тии, которая теперь, очевидно вернулась.

— Знаешь, я думаю эти шторы все же нужно сменить на темно-синие. — Проговорила я, не оборачиваясь. — Все же после пожара…

Раздалось дикое шипение, на которое я обернулась. Широко распахнутыми глазами, застыв от ужаса, я смотрела на то, как эйки кидается на вошедшую, закутанную в черное с ног до головы фигуру. По комплекции можно было судить, что это мужчина. А по большому ножу в его руках, что он к тому же наемник. И он явно зашел не спокойной ночи пожелать.

Анаджай с рычанием кинулась на убийцу, вцепившись в балахон, который закрывал его лицо. Борьба закончилась довольно быстро. Кошечку просто отшвырнули в сторону, сильно сталкивая со стеной.

Я очнулась слишком поздно. Хотя не знаю, помогло бы мне время, если бы я смогла призвать свое тело к послушанию раньше. Оружия не было поблизости, и я рванула к комоду, надеясь успеть дотянуться до кинжала раньше, чем отправлюсь к праотцам.

Однако я глубоко внутри понимала, что убийца быстрее и сильнее меня. Потому я была в итоге прижата спиной к чужой груди, а лезвие ножа коснулось моей шеи.

Перед моими глазами не пронеслась вся жизнь. Нет. Я просто уставилась прямо перед собой широко раскрытыми глазами человека, который понимает, что эта секунда — последняя в его жизни.

Но прошла секунда. Я была еще жива.

Лезвие ножа резко соскользнуло с моей шеи, оставляя неглубокий порез. Я слышала приглушено, сквозь бой сердца и пелену липкого ужаса, звуки борьбы. Упав на колени, я принялась судорожно сжимать свою шею пытаясь остановить текущую кровь. Я не знала наверняка глубину раны, потому и думала, что уже готова умереть от кровопотери.

— Дай. — Я удивилась еще больше, хотя и не думала, что это возможно. Но этот голос не принадлежал Тии. Женский и молодой, он был мне совершенно не знаком. Однако, вот беда, но мои глаза отказывались что-то воспринимать, хотя и были широко распахнуты. Меня мутило, а перед глазами бегали черно-красные точки, сливаясь в большие пятна. Я почувствовала, как мои руки настойчиво отталкивают, прижимая к ране какую-то тряпку. — Ерунда. Царапина, жить будешь. Ты можешь встать?

Наконец, мой разум прояснился достаточно, чтобы я могла мельком рассмотреть говорившую со мной. Ее светлые волосы были коротко пострижены. Одежда служанки. Но этот окровавленный нож в ее руке не оставил надежд. Так же как и мертвое тело за моей спиной.

— Давай, поднимайся. Теперь здесь не безопасно. — Пробормотала она, помогая мне встать.

Я краем глаза заметила мертвого убийцу, что теперь заливал своей кровью пол в моей спальне.

— К-куда? Я… не думаю, что с тобой мне будет безопаснее. — Я отшатнулась от нее. И в этот момент в комнату вбежала Тиа. Она уронила воду, которая разлилась по полу, закрыла ладонями рот, не давая крику огласить замок.