— Но ты собирался обучить нас пилотированию, — удивлённо напомнил ему Майк.

— Научу перед вылетом, много времени это не займёт. Жду вас у вертолётов, — ответил Араб и решительно зашагал к тропе.

Понимая, что другого ответа не добьются, воины принялись укладывать свои вещи. Но спустя несколько минут на поляне появились хранительница и Лиза. С удивлением посмотрев на торопливые сборы, они удивлённо переглянулись и чуть ли не в унисон спросили:

— Что тут происходит?

— Семью Араба похитили. У нас ровно два часа на все сборы. Иначе он улетит один, — быстро пояснил Квон.

— Значит, он всё-таки был прав, — грустно протянула хранительница и вдруг, резко повернувшись к Лизе, спросила:

— Скажи, девочка, что тебе пообещали за твоё предательство?

— Что-ооо?! Мать, да как вы смеете говорить такое?! — вскинулась Лиза, но фальшь в её возмущении почувствовали все присутствующие.

— Он догадался об этом ещё два дня назад, — тихо ответила ей хранительница. — Даже это похищение он сумел просчитать. И после такого совпадения ты будешь рассказывать мне, что не имеешь к этому отношения? Не смей лгать, Лиза! Рассказывай.

Приказ хранительницы прозвучал, как щелчок кнута. Произнося последнее слово, она использовала возможности присущей ей силы, подчиняя женщину своей власти. Вздрогнув, Лиза ссутулилась так, словно ей на плечи положили каменную плиту, и тихим, безжизненным голосом ответила:

— Мне сказали, что приехавшие люди сделают своими приборами нужные замеры, возьмут у нас обеих кровь и слюну на анализы и уедут. Мне обещали, что никто не пострадает. Что все останутся живы. Должны были приехать только четыре человека. Я устала от насилия и крови. Мне становится плохо, как только я вижу оружие, и я попыталась избежать ненужного насилия. Всё должно было закончиться миром. Эти люди получили бы свои данные и ушли, оставив нас в покое, но вы всё испортили, вызвав сюда этого зверя. Он и вы оба — просто бездушные убийцы. Из-за вашего упрямства, мать, это место осквернено кровью.

— Ты больше не можешь быть воином, — так же тихо ответила хранительница. — Теперь твою судьбу будет решать круг силы.

Переглянувшись, воины медленно потянулись за оружием, но она резким взмахом руки остановила их. Вздохнув, она сказала, не поворачиваясь к воинам и не сводя глаз с отступницы:

— Поторопитесь. Он ждёт вас. И запомни, Майк: не бывает войны без крови, как нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц. Война, это всегда кровь и смерть. Но вы воины и должны научиться всему, что он может вам дать. Ведь эта война только начинается.

— Значит, ты думаешь, что он сделал всё правильно? — спросил Майк.

— Он сделал всё, чтобы отвести от круга беду, — кивнула в ответ старуха. — А ты обидел его, отказавшись помочь в сложную минуту. Жаль. Я надеялась, что хотя бы вы, независимые, сможете достичь единства, когда оно так нам нужно.

Растерянно замолчав, Майк подхватил свой уже собранный рюкзак и широким шагом направился в долину. Тяжело вздохнув, Квон удручённо покачал головой, кивнул хранительнице и отправился следом за напарником. Повернувшись к отступнице, старуха утёрла сухой ладошкой набежавшую слезу и, сглотнув, твёрдым голосом приказала:

— Ступай за мной, бывший воин.

Эти слова подействовали на Лизу, как удар. Вздрогнув, она ещё больше ссутулилась, безвольно уронила руки и медленно поплелась следом за хранительницей.

Добравшись до памятного поворота, Майк невольно ускорил шаг, услышав работу моторов всех трёх вертолётов. К долине он не подошёл, а подбежал. Не снижая скорости, он добрался до вертолётов и, увидев Араба, копошащегося в грузовом отсеке, прямиком направился к нему. Подойдя вплотную, он протянул руку и сказал, перекрикивая рокот моторов:

— Прости, брат. Я сделал большую глупость. Сделай скидку на то, что я бухгалтер, а не солдат. Командуй. В войне ты понимаешь намного больше меня.

— К чему ты всё это говоришь? — осторожно спросил Араб.

— К тому, что я не должен был размышлять, когда тебе потребовалась помощь.

— Я ни о чем не просил. Со своими проблемами я привык справляться сам.

— Не злись, брат. Я действительно свалял дурака. Прости. Клянусь, этого больше не повторится.

— Тебя, что, Квон пристрелить пообещал? — удивлённо спросил Араб, не понимая причины такой резкой перемены его настроения.

— Нет, просто, когда ты ушёл, кое-что произошло.

— Похоже, случилось что-то, что заставило тебя пересмотреть своё отношение к моим действиям, — задумчиво протянул Араб. — Ладно, поговорим об этом позже. Где Квон?

— Идёт следом.

— Бросай вещи в машину и приготовься.

— К чему?

— К самому быстрому способу обучения, который мне только известен, — усмехнулся в ответ Араб.