— Вот этой штуки? — уточнил Шестаков, показывая на невзрачное сокровище в чемодане.

— Этой и модификаций. Конструкция модульная, к базовой версии можно пристегивать в зависимости от задач и уровня загрузки различные спецификации. Это — базовая версия. То есть ее сердечник, так скажем.

— Можно? — спросил Шестаков, дождался неохотного кивка и осторожно вытащил «четверку» из чемодана, вежливо не заметив, как Еремеев нечаянно качнулся в его сторону, чтобы поддержать и подхватить, случись чего. «Четверка» была гладкой, увесистой и неожиданно приятной на ощупь и объятие — как правильно сбалансированная смесь хорошего автомата и сувенирного вискаря.

— А куда она устанавливается? — спросил он, поглаживая матовый бочок.

Еремеев, не отрывая глаз от детки, пожал плечами.

— Да куда угодно. В БТР, вертолет, в багажник гражданского авто, да хоть на стол или вот так, на руках — спецкейс с портами под проводное или беспроводное соединение у нас уже разработан.

— Да уж вижу, — пошутил Шестаков, неожиданно развеселившись.

Еремеев покосился на чемоданчик, не меняя градус напряжения в лице и фигуре.

Шестаков с сожалением уложил «четверку» в гнездо синего бархата, не отвлекшись на очередной качок Еремеева, и хотел уже поблагодарить да позвать народ на смотрины — но неожиданно для себя спросил:

— А вот прямо сейчас можно ее опробовать?

— Ну да, как и договаривались, — удивился Еремеев. — У нас все готово, сейчас на стенд спустимся, там показательные и проведем.

— Да нет, Пал Викторыч. Я имею в виду — прямо здесь можно?

— Ну как, — просипел Еремеев неохотно. — Ну включить можем — только она же ничего делать не будет, это ж как процессор без компьютера. Потом, как она себя покажет? Она ж контрприбор, так сказать. Тут объект нужен — элементы КАЗСиК, не знаю, сигналка как минимум.

— Так у меня сигналка есть, ежевечерне сдаю, — обрадовался Шестаков. — На нее как среагирует? Вырубит к черту?

— Да как скажете, — сказал Еремеев. — Можно настроить, чтобы вырубила, можно — чтобы всю систему замкнула, можно — чтобы показала, куда сигнал уходит, и что делать, чтобы охрана не примчалась.

— О! — сказал Шестаков. — А давайте, а? Ну быстренько, на минимуме и без ущерба, а? У нас же есть еще, э, десять минут — хватит ведь, а?

Еремеев пожал плечами, странно глядя на Шестакова. А тот заторопился:

— Включайте тогда, лады — а я пока на охрану позвоню, чтобы сигналку приняли — ну и чтобы потом в ружье не поднимались, если что вдруг…

— Что значит «если»? — пробурчал Еремеев, сложно провел руками по «четверке», чем-то щелкнул и десяток раз ткнул пальцем в засветившуюся голубым полоску, которая тут же погасла.

— О, — сказал Шестаков, почувствовав, что стрижка на затылке вдавливается корешками в череп, а лопатки ведет к хребту.

— Это безвредно, мы и снимать не стали, — просипел Еремеев, не глядя на него. — Лишний индикатор, скажем так. Вы звоните.

— Ага, — сказал Шестаков, обошел стол, снял трубку, набрал охрану и сказал:

— Да, дежурный, добрый день. Митин далеко? Дай его. Герман Юрьевич, здравствуйте. Мы тут эксперимент… Что?

— Тихо, — повторил Еремеев, уставившись на «четверку», которая ныла негромко и противно.

— Секунду, — сказал Шестаков в трубку, прикрыл ее ладонью и спросил, чуя недоброе: — Проблемы?

— Тихо! — повторил Еремеев, не отводя взгляда от чемоданчика.

Накрылся приборчик, с подступающим бешенством понял Шестаков и сжал трубку, как гантель. Еремеев осторожно поднял «четверку», повел ее вправо и влево. Звук чуть изменился.

— Экранчик бы, да ладно, — пробормотал Еремеев и что-то подкрутил внизу. На прежнем месте затеплилась голубая полоска. Еремеев поднес «четверку» к телефону на столе Шестакова — и полоска вспыхнула, как светофор юных летчиков, для которых нет цветов, кроме небесных. Еремеев ткнул прибором в сторону Шестакова, компьютера, двери, провел «четверкой» вдоль столешницы и пола, уложил ее в гнездо и поинтересовался:

— Отвертка у вас есть?

— Зачем? — глуповато спросил Шестаков.

— «Жука» достать, — объяснил Еремеев. — У вас прослушка в телефоне.

Чулманск.

Вячеслав Забыхин

Славка сразу понял, что не успеет добраться до SsangYong.Было ощущение, что и до подъезда-то добраться не сможет — так и застынет кривой березкой возле слипшихся в страстном объятии объектов, время от времени тюкая их кулачком в ожидании патруля. Да и босс по всем признакам не должен был успеть — больно уж круто и обложно выскочили официалы, как будто рядышком караулили.