Его глаза заволокла печаль.

— Не думаю, что они ждут от меня чего-то другого. Даже не рассчитывай, что это станет твоим основным козырем.

«Не думаю, что они ждут от меня чего-то другого»…

Внезапная боль в его голосе заставила Бел задуматься. Видимо, не все прекрасно в поместье Брэдли. И хотя ей следовало размышлять о том, во что она ввязалась, в голове девушки крутились странные мысли по поводу того, что, возможно, не она одна жила изгоем в собственной семье.

И что она была не единственным человеком, стремящимся доказать свою состоятельность.

И как ни странно, Бел не вздрогнула, почувствовав его теплую ладонь у себя на спине, когда он пропускал ее вперед, выходя из кафе.

Белинда чувствовала себя не в своей тарелке, когда четыре часа спустя семейство Брэдли в полном составе собралось за ужином. Ее усадили на единственное свободное место — рядом с бабушкой Флинна, Элис. Учитывая тот факт, что присутствовало пять человек, а стол был рассчитан на шестерых, несложно было догадаться, чей стул заняла Бел. Сидя на месте, предназначенном для Дрю, она испытала неожиданное умиротворение. Словно он стоял сейчас сзади и пытался ободрить, положив руки на плечи.

— Ну, разве же это не прекрасно? — восторженно спросила Дениз Брэдли, улыбаясь. — Что тебе подсказывает твой организм, Белинда?

Девушка бросила взгляд на настенные часы, висящие над столом, сделала в уме беглые расчеты и ответила матери Флинна:

— Что все в порядке. У меня на родине сейчас время обеда.

Флинн накладывал в свою тарелку разнообразные блюда, его примеру последовали и остальные, но Бел не спешила. Пожалуй, не стоило обвинять в отсутствии аппетита растущих внутри ее близнецов. Скорее это было связано с беспокойством, которое она испытывала. Родственники Флинна приняли Бел как долгожданного и более чем желанного гостя, не позволив и на миг усомниться в том, что ей рады.

И Бел обнаружила, что врать им будет намного сложнее, чем она предполагала изначально.

— У тебя большая семья, дорогая? — спросила бабушка Флинна.

— А… нет. Только я и моя… — Бел засомневалась, стоит ли посвящать хозяев в подробности своей родословной. Она закашлялась, чтобы оправдать паузу, и сделала глоток воды. Наконец девушка приняла твердое решение. — Две сестры и родители.

Честно говоря, она была готова ответить просто «две сестры», потому что родители большую часть времени проводили на званых ужинах и роскошных вечеринках.

Бел бросила взгляд на Флинна и заметила, как напряженно ходят его желваки, пока он накладывает в тарелку картофельное пюре. Видимо, он не ожидал, что вопросы о семье начнутся так скоро.

— Билл, пожалуйста, объясните, откуда появилось название вашего поместья, — обратилась она к отцу Флинна. — Что оно означает?

— Баньип — одно из самых известных мифических существ австралийских аборигенов, — начал свой рассказ Билл Брэдли, и Бел сразу поняла, что угодила в точку. Именно Билл был заядлым рассказчиком. Внезапно она представила, как он сидит перед камином с двумя мальчиками на коленях и рассказывает им сказки о баньипах и других сказочных существах.

— Все это чепуха, — встряла бабушка Флинна, — россказни для туристов.

— Вы работаете с туристами?

— Мы построили несколько шале ближе к горам, — сообщил Билл. — Там ловят форель, поднимаются в горы. Экологические туры.

Бел вопросительно подняла брови и посмотрела на Флинна:

— Шале? Не может быть.

Она была готова убить Флинна. Все, чего она хотела, — свернуться калачиком в уютном кресле перед камином и посмотреть какую-нибудь мелодраму в тишине и спокойствии, а вместо этого вынуждена врать и изворачиваться на семейном ужине.

— В это время года они все заняты, — поспешил оправдаться Флинн.

Бел обратила внимание на то, что от присутствующих не ускользнуло напряжение, существующее между ними.

— О, я благодарна вам за гостеприимство. Я чувствую себя как дома.

— Мы очень рады тебе, Белинда. Просто все немного неожиданно. — Дениз бросила многозначительный взгляд на сына, который делал вид, что поглощен процессом поедания мяса.

— Прошу вас, называйте меня Бел. Мне так привычнее.

— Но Флинн не называет тебя так.

Удивленная Бел повернулась к Элис.

— Он называет тебя Белинда.

И в тот же момент Бел поняла, кто был настоящей хозяйкой в семье. Флинн не спешил отвечать на реплики мамы, но вопросы бабушки не оставлял без спокойных уважительных ответов.

— Только из-за того, что все остальные зовут ее Бел, — пояснил он.

Элис улыбнулась:

— Теперь понимаю. Очень мило. Это делает ее особенной.

— Ничего особенного, бабушка.

Элис повернулась к девушке:

— А ты как ласково зовешь Флинна, дорогая? Настал момент сладостной мести: за печаль, за злость, за оскорбленное самолюбие. Бел не могла упустить подобный шанс.