— Мне не нравится, куда это все идет, — пробормотал он и прикрыл глаза.

Ее сердце замерло. Он был готов осудить ее, не выслушав всей истории? Ну что ж, она знала, что заслужила это.

— Я хотела помочь брату. Я хотела верить ему. Он мой единственный родственник. — Дженис окончательно собралась с духом, и слова словно лились из нее. Она просто хотела побыстрее покончить с этим. — В попытке выручить Роло я сделала нечто очень плохое и глупое. Я… я рылась в твоих бумагах в поисках чего-нибудь, чего угодно, чего-то безобидного и простого, чего-то, что я могла бы дать ему. Чего-то, что ты даже и не заметишь…

Он больше не держал ее за руку.

— Я нашла результаты исследования, что ты проводил по заливу Григ. Ты говорил, от них все равно никакого толку, поэтому я взяла их. Сделала копию и отдала ее Роло.

Майкл открыл глаза и уставился на нее:

— Ого!

Дженис кивнула. Она знала, насколько все плохо…

— Я отдала Роло первую попавшуюся бумагу, что нашла, но он позвонил мне и сказал, будто ему нужна вторая страница документа. Когда я делала копию второй страницы, зашел ты… и все увидел.

— Дженис… — Его голос звучал сдавленно, в глазах читалось отвращение, и казалось, будто он пытался отодвинуться от нее как можно дальше.

Она закрыла глаза на мгновение. Ей не хотелось видеть это выражение его лица. Она вспомнила его слова в тот момент: «Дженис. Мой бог, что ты наделала? Ты была основой моей безопасности и душевного равновесия в этом грязном мире. А теперь и это исчезло…»

Эти слова, возможно, больше всего задели ее. Мысль о том, что она подвела Майкла, подобно ножу впивалась ей в сердце.

— Я же говорила, что все серьезно. И именно по этой причине мы сейчас не вместе. — Она с содроганием вздохнула, и по мере продолжения рассказа ее голос стал звучать глухо, словно автоматически. — Ты с трудом поверил в происходящее. И четко дал мне понять, что никогда не сможешь простить этого, что никогда больше не сможешь доверять мне. Я попыталась объяснить все, но конечно же мое объяснение было глупым. И естественно, ты имел полное право не слушать меня. — Она покачала головой, вздрогнув от воспоминания о той сцене. — Ты был так зол. Ты чувствовал себя преданным. Ты сказал… — Ее голос осекся. — Ты сказал, что больше никогда не захочешь видеть меня. Я… я выбежала из квартиры и бежала, бежала… В конце концов, я оказалась в новой квартире Роло, ты не знал об этом месте. И я осталась у него до следующего дня. — Она тяжело сглотнула и продолжила: — Того дня, когда за мной пришла секретная полиция.

Он уставился на нее:

— Я не понял, почему они это сделали?

Она пожала плечами:

— Роло сказал, ты позвонил им и предоставил на меня компромат, и я…

— Я?!

— Да. И я посчитала, что он прав. А кто еще мог это сделать?

Майкл покачал головой, будто не мог поверить, что она подумала о нем такое.

— Ты вроде бы сказала, что я не знал, где ты.

Она покачала головой:

— Тебе, наверное, к тому времени уже кто-то сказал об этом.

Майкл долго всматривался в ее лицо, явно раздраженный тем, что ничего не мог вспомнить сам. Но все-таки твердо произнес:

— Я не верю в это.

Дженис пожала плечами. Она уже не знала, кому верить. Но ее арестовали. И это было горькой правдой.

— В любом случае они пришли за мной. И отвезли меня в тюремный лагерь Гранвилли в Свонсоне, недалеко от границы. — (Он опять прикрыл глаза и покачал головой, как будто чувства и мысли переполняли его.) — В том лагере я провела два месяца. Меня выпустили всего несколько дней назад. И я тут же отправилась на поиски тебя. Я слышала, что ты пересек границу и теперь живешь в городе. Кто-то дал мне твой адрес. Я направилась к твоему дому прямо в тюремной робе.

Он пристально смотрел на нее.

— О боже, Дженис…

— И я нашла тебя — израненного, с осколками в спине… А тут еще тебя должны наречь принцем. Поэтому мне не хотелось добавлять стрессовых ситуаций на тот момент. По этой причине я не сказала тебе все сразу…

Он опять покачал головой, а потом взглянул на нее:

— Так это обручальное кольцо наше?

Дженис слегка улыбнулась. Как приятно… Несмотря на все, Майкла все равно интересовал этот вопрос.

— Да. Мы носили кольца, только когда были дома. По правилам службы нам вообще нельзя было жениться. — Дженис нахмурилась. — Поэтому я не понимаю, почему оно было на тебе в момент, когда ты подорвался. А ты?.. Ты ничего не помнишь?

Он пожал плечами:

— Конечно нет.

Дженис посмотрела на спинку кровати, где обычно висела его история болезни, но там ничего не было. Взглянув на Майкла, она заметила — теперь он выглядел уставшим и растерянным. Она протянула руку и погладила его ладонь, но он никак не отреагировал.

Если она сейчас не уберется отсюда, то ее задушит растущий комок в горле.

— Послушай, я предоставила тебе достаточно пищи для размышлений, — сказала она, еле сдерживая слезы. — Мне лучше сейчас уйти. Я приду после обеда, хорошо?