Шрифт:
После трехчасового блуждания вдоль ограды проклятого мэнора энтузиазм Минервы сошел на нет. Мысленно сплюнув, она побрела вглубь парка, нашла скамеечку, села — и тут же подскочила, едва не заорав. В кустах напротив двигалось белое пятно. Кто это? Привидений на открытом воздухе не бывает…
— Люмос!
Тьфу ты, павлин. Белый. Что за нелепая птица… А вон еще одна. Нет, это уже не павлин, а очередной Драко Малфой.
— Добрая ночь, профессор. Хорошо, что вы Люмос засветили, а то б я вас не нашел.
Минерва устало кивнула.
— Вот бы и наш с вами прототип засветил Люмос… Кто вы? Снова Финниган? Лонгботтом? Уизли?
— Я Малфой, мэм. — Он вытянул из кармана мантии помятый свиток. — Извините, Мерлина ради, я с утра вам случайно вместо эссе наработки для курсовой по нумерологии сдал. Вот. Я уж дописал, как смог, на завтраке. Простите, пожалуйста…
1. Трафальгарская площадь — центральная площадь Лондона, перекресток трех главных улиц Вестминстера — Стрэнд, Уайтхолл и Пэлл Мэлл. Вокруг Трафальгарской площади расположены несколько исторических построек, в том числе и церковь Святого Мартина-на-полях, на башне которой есть часы. Другие часы имеют место быть на Национальной галерее, и третьи — на здании канадского посольства. Низкий поклон моей бете за информацию, добытую на англоязычных сайтах.
2. По углам Трафальгарской площади в 1841-м году соорудили четыре постамента. Первый за бешеные деньги выкупил под свою конную статую король Георг VI. Два других украшают фигуры героев войны за индийские колонии. А четвертый пустует — за сто пятьдесят лет британцы так и не нашли для него достойного соотечественника. С 1999 г. на Четвертом постаменте выставляют произведения искусства, но на момент действия «Команды» он был еще пуст.
Глава 34
Долгожданная тридцать четвертая в эфире! Поверьте, дорогие наши читатели, мы с Командой радуемся каждой выкладке не меньше, чем вы!
Сначала извинения. В предыдущей главе, вставляя в текст аллюзию фикрайтерства и позволив себе использовать при этом образы из произведений моих подруг, я ненамеренно упустила из виду элементарную вещь — ссылки. Исправляюсь. Итак:
1. Великолепный викинг и Грим с крылышками принадлежат перу всем известной Severatrix ака Soneric Касперской ("Декан Слизерина"). Фик почти завершен!
2. Очаровательная совесть профессора Снейпа — творение Гвендилон ("Совесть Северуса Снейпа"). Фик, правда, подзавис, но я искренне надеюсь, что Гвендилон его закончит, равно как и другие свои шедевры.
3. Волдеморт с кактусом, великолепная педагогиня Белла и розовый воздушный змей рождены гениальной фантазией моей горячо любимой беты June10 ("Один день мозгошмыга"). Оччень необычная вещь, искренне рекомендую.
Теперь сюрпризы.
1. Два замечательных коллажа от Leofia — Гаррии Рон. Работы интересные, качественные и с душой. Рон мне, правда не очень понравился, но это чисто мой авторский завих. Зато Гарри — на пять с плюсом!
2. То, что автор сего творения Severatrix называет «плашкой». Не знаю, как эта штука именуется на самом деле, но с удовольствием позиционировала бы ее как командный анонс!.
3. И на десерт — новый шедевр от нашего с Командой официального иллюстратора Ella1_ Снейпоманов прошу любить и восхищаться, неснейпоманов — просто восхищаться — Снейп на Четвертом постаменте!.
Приятного чтения!
Питер Петтигрю паковал вещи. Не ахти какое сложное занятие, тем более, бытовую магию за последние четыре года он освоил не хуже Молли Уизли. Хвастать, конечно, нечем: не мужское это дело, но Лорд давно перестал видеть разницу между Питером и домовиком. Беллатрикс, застав соратника за очередным «принеси-подай», в своей мерзкой сюсюкательной манере тянула: «Хозя-а-аюска наса", — и издевательски хохотала на все Поместье. Стерва. Все они — надутые, самодовольные мерзавцы. Пыжатся, презрительно фыркают, смотрят свысока… пока не приходит их черед ползать у ног Темного Лорда. Там, в тисках беспощадной мощи, под прицелом нечеловеческого взгляда, исчезают без следа глупые амбиции, и каждый становится тем, кто он есть на самом деле — жалким червем под пятой Властелина.
— Собираешься?
И этот скалится, немочь белобрысая, папочкин сын.
— Приветствую, лорд Малфой…
— Не смей хоронить моего отца, ничтожество!
Питер поспешно склонился, изображая раскаяние. Тепленькая мыслишка об эльфах в Малфой-мэноре стремительно тускнела под напором элементарной истины: теперь придется стелиться не только перед Лордом, но и перед этим вот недорослем-аристократишкой. И перед надутой куклой Нарциссой. И перед чокнутым любителем зайцев Малфоем-старшим. Мерлин, знали б вы, как я вас всех ненавижу…