— Девять минут тридцать шесть секунд, понимаете? — Луна размахивала секундомером, как пращой. — Понимаете?

— Да понимаем мы, уймись. — Ловко уклонившись от летящего ей прямо в глаз хронометра, Чжоу подставила запястье под цепочку и отобрала у подруги опасный снаряд. — Понять бы еще, что именно мы понимаем.

— Ну коне-е-ечно, — протянула Гермиона. — Яд василиска не относится к мгновенным, время между его попаданием в человеческий организм и летальным исходом — от двенадцати до пятнадцати минут. Профессор называет пароль, яд впрыскивается в кровь, отравление идет полным ходом, но через девять минут тридцать шесть секунд срабатывает портал…

— …и Снейп попадает прямо в кабинет Дамблдора, где его ждет Фоукс. — уже спокойно закончила Луна.

— Ну и чему ты радуешься? Да за эти девять тридцать шесть что угодно может случиться! На Аваду, во всяком случае, Риддлу и секунды хватит. — Чжоу повертела секундомер в руке и бросила его на стол. — Кстати, я по-прежнему не понимаю, на кой леший директору понадобились все эти танцы на льду.

— Чтобы Нагини прикончить, — хмуро отозвалась Джинни, нацелила палочку на сферу и, скривившись, отлевитировала ее в дальний угол. — Где наша Ханна, когда она позарез нужна?

— Не вздумай даже! — возмутилась Гермиона. — Это яд не просто василиска, а тысячелетнего василиска Слизерина!

— Ой-ей, можно подумать, у тебя какой-то другой…

— Этот — натуральный!

— Цыть! — вдруг гаркнул Джордж и тут же притух под четырьмя сердитыми взглядами. — Девчонки, ну в самом деле…

— …голова от вас кругом, а мы ведь еще холостые, — подхватил Фред. — Неужели вы хотите…

— …на всю жизнь отбить нам охоту к семейному счастью?

Джинни задумчиво приподняла чарами тяжеленный канделябр и поставила на место.

— Я бы вам кое-что другое отбила, да боюсь потом заскучать.

Джордж зацокал языком, а Фред хулигански подмигнул Минерве.

— Вы не думайте, мэм, она у нас добрая, просто за свекра переживает.

Канделябр взлетел повыше. Братья принялись изображать жителей Помпеи. Рон тревожно присвистнул.

— Эй, вы, конечно, как хотите, но я б на вашем месте не нарывался. — Он скрючился в кресле, подобрал с полу ноги и раскрыл перед собой огромный белый зонт. Все, кроме близнецов, фыркнули.

— Джин, ты лучше расскажи, чего тебе Гарри нашептал, — торопливо попросил Симус и на всякий случай загородился шахматной доской. Закатив глаза к потолку, Джинни спрятала палочку. Парни вздохнули с явно преувеличенным облегчением.

— Позеры… ладно. Гарри узнал про это еще в среду с утра, но сначала нужно было разобраться с Малфой-мэнором. В багдадских пергаментах Лестранджей…

— А вот и мы! — громогласно объявил Эрни и с видом Санта-Клауса водрузил на стол ящик сливочного пива. — Ого, сэндвичи есть, молодцы! Надеюсь, мы ничего не пропустили?

— Не сопи.

— Я не соплю!

— Наверное, мою мантию колышет подземный ветерок. — Снейп сунул Минни испорченный Минервой кусок хлеба и перенес клетку на соседний стол. — Хочешь что-то сказать — говори.

Поттер с насупленным видом свалил на табурет стопку журналов.

— Я думал, говорить будете вы.

— Гм. И что я, по-твоему, должен сказать?

— Ну… ругаться.

— Смысл? Криви прав, у самого рыльце в пушку. Кроме того… никогда бы не подумал, что буду так рад очутиться в компании Блэка и Джеймса Поттера.

— И Лили.

— И Лили. — Снейп прошелся по освобожденной поверхности стола невербальным Экскуро. — К слову, спасибо за фотографию.

— Ничего, что магловская? У меня это была единственная, где мама без… никого.

— Я не люблю колдографий. Иллюзия жизни, фальшивка. Не находишь?

— Согласен.

— Ты сейчас готов согласиться с чем угодно. — Снейп не отказал себе в удовольствии потрепать паршивца по жесткой, как древесный мох, шевелюре. — Буду ловить момент. Возьми со стойки у двери поднос и иди за мной.

По шаткой лесенке (боги, я, видать, сподоблюсь заменить эту рухлядь, лишь когда она рассыплется у меня под ногами) Снейп добрался до верхней полки, крепко ухватился за торчащую из стены ржавую скобу, засветил Люмос и, сунув палочку в зубы, отодвинул в сторону ларец с волосом Рапунцель. Вот они — семь пузатых, с широким горлышком, черных флаконов. По-прежнему семь, и даже пыль выглядит нетронутой. Браво, Альбус.

— Хоттер, держи хаднош рогно.

Первый, второй, третий, четвертый…