Шрифт:
«Не надо звать, я здесь. — Треск сучьев почти заглушил слова третьего собеседника. — А ничего форма, все разбегаются… только не вижу ничего. Хагрид?»
«Молчи!»
Инстинкты Рубеуса вопили о наличии за спиной кого-то огромного и очень опасного. Он медленно обернулся ‒ и сел на свой арбалет. На краю поляны раскорячился на восьми ногах год тому назад умерший и лично Рубеусом похороненный Арагог.
— Как же…
«Дьявол!!! На тебя смотрит».
«Сволочи мы. Он же его любил… — Паук осторожно приблизился, протянул одну ногу, нащупывая Хагрида в пространстве. — Вот блин, чую его ‒ теплый, слышу, как сердце стучит, а не вижу… Он что, сидит?»
«Господа, вот теперь вы и впрямь его до инфаркта доведете».
«Ррр… как тебя там… арахнид недоделанный. Уходим. Дома разберемся».
С высокой ветки слетела крупная серая куница, проскользнула мимо Хагрида, мазнув его хвостом по сапогу, куснула «Арагога» за протянутую ногу и устремилась в Лес. Львица прыжком с места последовала за ней. Паук еще немного покачался рядом, сочувственно щелкая жвалами.
— Извини, Хагрид. Ну… увидимся?
— У-увидимся…
«Арагог» таки пристукнул его жесткой волосатой хитиной по боку.
— Бывай.
И неуверенно уходулил вслед за своими дамами.
Если б слепой паук мог обернуться, он бы, несомненно, бросил заниматься глупостями и на всех восьми ногах рванул за мадам Помфри. Потому что брошенный посреди поляны Хагрид счастливо, от уха до уха, улыбался. Вот и выросли волшебнята… МакГонагалл взяли в компанию ‒ хорошо, ей на пользу. И Снейпа наверняка. И Создатель знает, еще кого, но точно не лишних. Каюк тебе, Томми, можешь даже не рыпаться. Время полуночников наконец пришло.
Он тяжело поднялся, отряхнул штаны, поправил тетиву на арбалете ‒ хорошо, не соскочила ‒ и отправился на поиски загулявшего по весне Клыка.
1. Чертик (Imp) — По Скамандеру, мелкий болотный хулиган, обожает членовредительские шутки типа подножек.
2. Раки — греческая виноградная водка, убойная штука, я вам скажу…
3. Редвуд — национальный заповедник США, там самые большие леса из секвойи. Судя по фотографиям, это одно из наиволшебнейших мест на планете.
4. Сын-до-папы ‒ son-before-father — малораспространенный в Британии вариант названия мать-и-мачехи.
5. Брачный период у оленей проходит осенью и начинается с призывного рева самца — они способны трубить сутки напролет. На зов сбегаются самки и другие самцы. (Слэшеры, брысь! Самцы подраться приходят!)
Между прочим, олени — гаремный вид. Отстоявший свою крутость рогач собирает вокруг себя десять-двенадцать самок. После оплодотворения «жены» разбегаются по лесам, и на следующую осень все начинается по новой. Свои шикарные рога самцы отращивают только на время брачного периода — пободаться. Интересно, тетя Ро об этом знает? :)
6. Рил — быстрый шотландский танец.
7. «Гарри Поттер и Тайная Комната», глава 14. Я заменила в ромэновской фразе одно слово («настоящий» на «истинный»), чтобы избежать повтора.
8. Афелий ‒ наиболее удаленная от Солнца точка орбиты планеты. Эклиптическая долгота ‒ координата небесного тела в эклиптической системе. Периастр ‒ положение орбит двойной звезды, когда расстояние между телами минимально.
Глава 41
Первым делом, как обычно, сюрпризы.
1. Подарок от официального нашего иллюстратора Ella_1 ‒— Хагрид в Лесу. Элла перелопатила весь инет в поисках подходящей львицы, мы с ней погрязли в дискуссии относительно длины львиных лап… короче, сложно дался ей этот коллаж. Но результат, ИМХО, очарователен.
2. Сюрпрайз от нашего мастера шаржа айронмайденовского по заказу читательницы Tassy ‒— Я б в разведчики пошел. Комментарии, думаю, не требуются :).
3. Два коллажа от Пряничной куклы:— Драко и Ханна и— Близнецы и Эмили. Автор утверждает, что с фотошопом она на «вы», но, на мой неискушенный взгляд, работы безупречные. Воздух, свет, жизнь в первой, задор, интрига, предвкушение во второй, несомненный талант создателя ‒ в обеих.
4. Коллаж от Dayan ‒— История Ханны. Работу такого типа ‒ история персонажа в образах и цитатах ‒ нам дарят впервые. Ханна лично для меня получилась очень неожиданная ‒ взрослая, реальная, с почти физически ощутимым грузом на душе. Я вообще не люблю ангст, но для такого ангста ‒ искреннего, с болью и светом в конце тоннеля ‒ не могу не сделать исключения. Замечательная вещь.