— Да любой справится, лишь бы чары пропустили!

— Тогда пойди и позови Дэнниса.

Колин обалдело заморгал. Подумал и еще поморгал.

— Я дурак, да?

— Не парься, мы все через это проходили. — Фред хлопнул его по плечу. — Когда закончим, слей воспоминание про то, как Дамблдор искал Карнифициум, в думосбор и бери по сиклю за просмотр. Озолотишься.

— Ой.

— И не забудь отстегнуть мне процент за идею.

— А мне ‒ за то, что не дам ему тебя ограбить. — Джордж одернул мантию. — Пошли отсюда, ужин скоро, нам по-хорошему еще окклюменцию надо покатать…

Прозрение пришло в день окончания Турнира. Снейп смотрел, как Альбус пытается оторвать Поттера от трупа Диггори, слушал горестные вопли, чувствовал жжение Метки и думал: «Боги, что же я натворил…» Плавая в тумане самобичевания, он поднялся на верхнюю трибуну. Здесь было пусто, только на лавке лежал брошенный плакат: «Седрик ‒ наш чемпион!» Теперь уже мертвый чемпион, господа хафлпаффцы, потому что его учитель оказался сопливым идиотом, дважды предателем и трусом. Не будучи в силах смотреть вам в глаза, он торчит сейчас под желтыми флагами, повернувшись спиной к вашему горю, любуется видами и размышляет, как здесь замечательно высоко. Можно слегка подтянуться, встать на барьер и… стоп. Кто это так знакомо хромает по дороге к замку? И не один ведь хромает…

Вихрем скатившись вниз, Снейп с разбегу влетел в толпу у входа в лабиринт, бесцеремонно растолкал рыдающих студентов, прорвался в центр и схватил директора за рукав. Тот, не убирая ладони с плеча Амоса Диггори, чуть повернул голову.

— Северус, сейчас не время…

— Он увел Поттера!

Альбус резко выпрямился.

— Давно?

— Они уже в замке.

— Идем. Минерва, за мной!

Дальше была бешеная гонка по тропинкам, коридорам и лестницам, развороченная Бомбардой дверь, пьяная эльфийка, Веритасерум, безучастное лицо брата, изматывающе монотонная исповедь, которая в любой момент могла отправить Северуса прямиком в Азкабан. Но Альбус не задавал опасных вопросов, а Барти, держась в отпущенных ему зельем границах, ни намеком не упомянул о сообщнике. Впрочем, от авроров вряд ли стоило ожидать подобной деликатности, и Снейп не обольщался по поводу своей дальнейшей судьбы. Вот и правильно, вот и хорошо, заслужил…

— Северус. — Непривычно жесткий тон директора хлестнул по натянутым нервам. — Пожалуйста, попроси мадам Помфри спуститься сюда. Нужно отправить Аластора Грюма в больничное крыло. — За простым приказом явно крылось нечто большее ‒ взгляд Дамблдора сверлил почти осязаемым напряжением, несколько секунд Снейпу казалось, будто Альбус находится в еще большем отчаянии, нежели он сам. — Затем найди Корнелиуса Фаджа и пригласи его сюда. Он, конечно же, захочет сам допросить Крауча. — Зрачки Альбуса расширились, превратив знаменитые голубые глаза в почти черные. — Если я ему понадоблюсь, скажи, что через полчаса я буду в больничном крыле. (4)

Снейп молча кивнул и вышел вон. Так, поручение сбегать к Поппи ‒ это мне время на подумать и составить план. Директор явно не хочет бросать меня на съедение дементорам, равно как и я не хочу бросать Барти… «Сев, обещай, что не дашь им вернуть меня в Азкабан». — «Обещаю»… Хорошо, проехали. Мотивы Альбуса понятны: во-первых, он все знал и виноват ничуть не меньше меня. Во-вторых, Темный Лорд возродился, Ордену Феникса снова нужен осведомитель. В-третьих, выявление сразу двух Упивающихся среди преподавательского состава не лучшим образом скажется на репутации школы и ее директора. В-четвертых, я ему дорог… не о том думаешь, Северус. Итак, чего хочет Альбус? Я должен привести к Барти Фаджа. Фадж ‒ самодовольный трус, по уши влюбленный в свое кресло, допрашивать убийцу в одиночку он не станет, значит, мое дело ‒ внушить выбор охраны. Пусть забудет про авроров, которые наверняка носятся сейчас по лабиринту с палочками наперевес, и вызовет дементора. Второй Конфундус простимулирует фаджев страх и чувство собственной значимости, за чем неизбежно последует приказ на Поцелуй… Дальше Минерва обязательно устроит скандал, я подпою, Альбус завуалировано обзовет министра дураком, и тот окончательно укрепится в сознании своей правоты. Все в выигрыше, включая Барти. Бегом, бегом, пока он не очнулся…

Полтора часа спустя Снейп сполна получил наказание за глупость, малодушие и фактическое убийство брата. Корчась под ударами Круциатуса, он позволял Темному Лорду копаться в своей голове, хотя держать воспоминания в нужном ракурсе было зверски тяжело. Отвык, черт возьми… Хогвартс, урок, входит Каркаров… четкие линии Метки… физиономия Поттера в «Пророке»… Барти-Моуди над шахматной доской поднимает бокал с вином, смотрит на просвет… кипит в котле Оборотное … Поттер возбужденно подпрыгивает возле горгульи… тяжелый, полный недоверия взгляд Дамблдора… Минерва орет на Фаджа, Барти бессмысленно смотрит в угол, рядом колышется дементор… Снова директор: «Северус, ты знаешь, что я должен попросить…» (5)

— Вот как? — Лорд отвел палочку в сторону. — Ты помогал Краучу?

— Мой… Лорд…

— Почему же он мне не написал?

— Не… знаю…

— Зато я знаю. Бартемиус нарушил мой приказ, доверился тебе, рискуя провалить операцию. Его счастье, что он мертв.

— Это… случайность…

— Больше никаких случайностей, Северус! Каждый, кто вызовет малейшие сомнения в своей преданности, умрет! Тебе я пока дарю жизнь. Посмотрим, кому ты верен на самом деле… Круцио!

В Хогвартс его доставил Малфой. На плече выволок из камина, свалил на диван и пошел шарить по полкам и ящикам.

— Дерьмо модредово, сколько хлама… Северус, твою черта в душу! Где релаксант?

— Не варил… давно…

— Идиот! Не знал, чем кончится? Лежи, я из дома принесу.

— Спасибо…

Едва опав, зеленое пламя взревело вновь, в комнату шагнул Альбус.

— Как ты?..

— Уходите! Он сейчас вернется…

Кивнув, директор скрылся в спальне, и тут же из камина вынырнул Люциус ‒ глаза больные, лицо и мантия перемазаны сажей, в каждой руке по флакону.