Впереди показались низкие холмы, тускло-коричневые в свете раннего утра. Люди жались к камням. Некоторые лежали раскинувшись — жертвы первого ракетного залпа. В хвостовой части вертолета словно свинина на сковороде трещали пулеметы. Выстрелы звучали непрерывно, сливаясь в сплошной шум. Вертолет обстреливал Свободное государство. Разлетались осколки камней. Остальные вертолеты тоже открыли огонь, и шесть трассеров причудливо изгибались в воздухе, словно в каком-то сложном танце.

На каменистой поверхности умирали мужчины и женщины. Они лежали вповалку, кровь окрасила поверхность вокруг них, точно как на экране триви. «Но это не подделка, подумал Марк. — Они не встанут, когда камера отъедет. Заслужили ли они такой конец? А кто его заслужил?»

Потом он был слишком занят тем, что вел вертолет, и больше ни о чем не думал. Площадка перед пещерой маленькая, очень маленькая — хватит ли ее для роторов? Сильный порыв ветра с моря подхватил их, и вертолет опасно накренился.

— Следи за… — Что бы ни хотел сказать Бейтс, закончить ему не удалось. Он навис над рукояткой, удерживаемый ремнями. Что-то липкое и влажное плеснуло Марку на левую руку. Мозг. Большой осколок ударил Бейтса в челюсть, а потом рикошетом отскочил к шлему. У молодого лейтенанта почти не осталось лица. «Опусти его, — приговаривал Марк, — полегче, полегче, теперь выровняй, вот еще один порыв, полегче, спокойней…»

Из спускающегося вертолета выпрыгивали солдаты. У Марка не было времени удивляться: они выпрыгивали и бежали в пещеру, а сзади прыгали другие. Потом что-то ударило Марка в левую руку, и он увидел в плексигласовом ветровом стекле перед собой аккуратные отверстия. Солдаты исчезли в пещере. В своих огромных шлемах они тоже были безликими, совершенно одинаковыми роботами, идущими вперед или падающими грудами.

«Боже, они великолепны. Я должен посадить эту штуку! — Неожиданно это стало самым важным делом в жизни. — Посадить и выбраться, пойти в пещеру вместе с солдатами. Да, конечно, найти Хуаниту, но идти с ними, сделать что-нибудь самому, потому что я так хочу…»

— Бейтс, перестань терять время и срочно вылетай на позицию «Зелень А-один».

«К черту это!» — Марк возился с коммуникационным оборудованием.

— Бейтс мертв. Говорит Фуллер. Я сажаю вертолет. Голос в наушниках изменился. Заговорил кто-то другой:

— Солдаты еще на борту?

— Нет. Все выпрыгнули.

— Тогда немедленно ведите машину на «Зелень А-один».

— Моя… моя жена здесь!

— Полковник знает об этом. — Голос майора Севеджа был спокоен. — Машина нужна там и немедленно.

— Но…

— Фуллер, полк пошел на большой риск, чтобы спасти заложников. Машина совершенно необходима. Или вы серьезно полагаете, что принесете большую пользу внутри?

«О, Боже! Внутри пещеры стреляли, кто-то кричал. Я хочу его убить, — подумал Марк. — Убить этого светловолосого ублюдка. Хочу смотреть, как он умирает». Наушники заполнил шум. Фоном были резкие команды и такие же резкие ответы. Голос Фрейзера:

— Мы прижаты. Как можем быстро, отступаем на «Зелень А-один».

Снова звуки выстрелов из пещеры.

— Есть, — сказал Марк. Он включил двигатель и стал подниматься петлей, чтобы уйти от наземного огня. Кто-то все еще оставался на борту: пулеметы поливали свинцом открытое пространство внизу.

Где эта «Зелень А-один»? Марк посмотрел на экран перед ручкой управления. Какие-то серые и белые пятна и длинные полоски крови на поверхности стекла. Пришлось поднять голову Бейтса, чтобы сориентироваться. По пальцам снова потекла кровь, что-то теплое поползло по левой руке.

Вот и это место впереди — лощина, окруженная скалами и камнями. По краям залегли люди. Механически работал расчет гаубицы, опуская заряды в ствол, залегая, поднимаясь, опуская новый заряд. Повсюду яркие вспышки. Марк спустился, и вспышки исчезли. Послышались звуки: ружейный огонь и вамп-вамп-вамп минометов. Взвод принялся грузить в машину раненых. Потом сержант знаком велел подниматься, и Марк полетел в тыл, где ждал врач. К месту схватки направился другой вертолет.

Медики выносили раненых.

— Оставайтесь на месте, Фуллер, мы сейчас пришлем другого пилота, — послышался в наушниках спокойный голос Севеджа.

— Нет. Я поведу машину. Я знаю дорогу. Короткая пауза. Затем:

— Хорошо. Отправляйтесь.

— Есть, сэр.

У входа в пещеру босса было прохладно, здесь разместился полевой госпиталь. Из глубины пещеры двигался непрерывный людской поток: пленные несли своих погибших, а люди Фалькенберга — товарищей. Мертвецов из Свободного государства складывали грудами на краю утеса. После опознания их бросали в море. Погибших солдат относили в сторону, и там они лежали укрытые. Трупы охраняли вооруженные часовые.

«Поют ли они над мертвыми гимн? — думал Марк. — Зачем это им? В чем смысл всех этих церемоний над мертвыми наемниками?» Он оглянулся на неподвижную фигуру в постели. Она казалась маленькой и беспомощной, дыхание с трудом вырывалось у нее из горла. Непрерывно работала капельница.

— Она выживет.

Марк повернулся и увидел полкового хирурга.

— Ребенка мы не сумели спасти, но она еще сможет иметь детей.

— Что с ней случилось? — спросил Марк. Хирург пожал плечами.

— Пуля в нижнюю часть живота. Наша, их — кто знает? Рикошет — много вреда не наделала. Полковник хочет вас видеть, Фуллер. А здесь вы ничем помочь не сможете. — Врач взял его за руку и вывел на парящий дневной свет. — Сюда.