Над головами пронеслась стайка зверьков, чьи кожаные тела, казалось, сплошь состояли из подвижных, остро отточенных клыков и когтей. Глядя помутневшими глазами в сторону далекого горизонта, где под пульсирующим красным небом плыли несколько летающих монолитов, Линда задумчиво закусила ноготь. От Киоши не укрылось, насколько человеческим оказался этот жест, но он пока не смог решить, является ли тот уловкой или девушка на самом деле долго прожила на Земле.

— Хорошо… Попробую начать вот с чего… Не так давно до некоторых шпионов Императорской разведслужбы стали доноситься определенного характера слухи… В чем дело?

Киоши повернулся к ней. Слова девчонки оседали в его сознании медленно, как падающие перья, позволяя рассмотреть себя во всей красе. Теперь он догадывался, что все эти изящные жесты, туманный взгляд воспоминаний, закушенный ноготь — не более, чем вторая шкура, надеваемая, словно накидка. Юноша начал понимать, что за существо сидело рядом с ним на длинном окаменевшем бревне.

— Ты сказала, Императорские службы?..

— Да, я так сказала, — Линда подняла голову, с интересом изогнув бровь. Она словно забавлялась произведенным эффектом, но все же нашла силы предупредить. — Наверное, Киоши, я должна попросить тебя ничему не удивляться. Хотя бы до конца моего рассказа… Хорошо?

Тот лишь кивнул. Если суккуб является тем, кем может являться по его предположениям, беды прошлого наконец-то закончились. Ровно для того, чтобы уступить место бедам будущего, по сравнению с которыми возвращение суэджигари — тренировочный бой с собственной тенью.

— Рассказ, который ты сейчас услышишь, юноша, до сих пор считается секретным, — обыденно предупредила девушка, но молодой тоэх понял, что если он без должного уважения отнесется к этому замечанию, сбудутся его самые худшие опасения. — Однако ты уже перестал быть рядовой фигурой, принимая в происходящих событиях непосредственное участие, а потому я уполномочена раскрыть тебе часть сведений.

Теперь она говорила торопливо и сухо, а ее голос и тон в восприятии Киоши никак не сочетались с великолепным телом, словно намеренно выставляемом напоказ. Создавалось впечатление, что демонице доставляет наслаждение вот так вот мучить его, отвлекая, и одновременно делясь ценнейшей и опаснейшей информацией.

— Итак, все началось сравнительно недавно, — продолжила Линда. — По непроверенным, в тот период времени, слухам кабинету разведки стало известно, что тайный противник намечает ряд взаимосвязанных провокаций. Боевых провокаций. С уничтожением поселений, убийством мирных жителей и высокопоставленных чиновников, тотальным разграблением префектур и так далее. Проведение их планировалось как на территории Тоэха, так и на Мидзури. Целью провокаций являлось разжигание нового костра ненависти, что в итоге приводило к новой войне между нашими расами.

Набор красочных кусочков раздробленной общей картины, до этого момента небрежно сваленных в одну кучу на задворках сознания Киоши, зашевелился. Под аккомпанемент ритмичного рассказа Линды кусочки потянулись друг к другу, будто намагниченные, собираясь в единый узор, и юноша невольно расстроился, только теперь осознав, как проста и незамысловата фигура, понять значение которой он не смог сам.

— С помощью агентов разведки, работающих во всех трех мирах, через какое-то время у руководства кабинета появились образы ключевых фигур, стоящих за подготовкой к войне. По личному приказу Императора орден Спокойного Сна приступил к активной части своей работы — сбору информации и устранению виновных.

Девушка ненадолго умолкла, словно продолжение давалось ей не без труда, но Киоши наблюдал слишком пристально, чтобы понять, что этим маневром Линда пытается что-то завуалировать. Например, неблаговидность следующего факта.

— Нам не удалось заметить связь, — наконец произнесла она, рассматривая кончик собственного хвоста. — Не удалось понять. При этом мы уже тогда знали, что собрание придворных Ткачей доложило Императору о неопределенного рода активности на Зашитых Границах…

На кого бы ни работала Линда, они смогли пропустить возрождение четвертого луча…

Киоши похолодел, соображая, не изменился ли сейчас в лице. Что будет с ним, так легко узнавшим о просчете специальных имперских служб?

— Мы, конечно, спохватились, но позже, чем было нужно, — демоница, как ни в чем не бывало, продолжала портить ему настроение. — Отправившиеся на расследование к Границам Ткачи ордена пропали без вести, о чем, впрочем, мы тоже спохватились не сразу. К сожалению, это стало одной из самых неприятных ошибок начавшейся войны.

Линда сорвала жесткую травинку, пожевала, бросила. На надрезанной острым краем губе показалась кровь, почти прозрачная в красном свете неба-солнца.

— К сожалению, тогда ни один прозорливый стратег не смог предсказать, что суэджигари вернулись. Ни один оракул, ни один предсказатель, ни один чародей… У нас на руках находилось гармоничное полотно оппозиции Императору, состоящее из ряда подкупленных именитых кланов, завербованных князьков и еще более мелкой швали. Нам того казалось достаточно, и врага искали внутри. Искали, готовые в любой момент захлопнуть ловушку, лишить пару благородных Домов своих мятежных лидеров, а потом и спугнуть вожака. Вот тогда-то из надежных источников мы получили первые сведения о Ткачах Серых Нитей. Известие об этом стало похоже на взрыв. А практически сразу после мы вдруг начали находить подтверждения связи возрожденных с мятежными кланами Тоэха… Слухи о союзе, заключенном между суэджигари и врагами Императора.