У Гарри перехватило дыхание, он замер, внезапно покрывшись потом и тут же заледенев под летним солнцем. Он широко распахнул глаза, но все остальные мышцы одеревенели и он еще добрую минуту не мог пошевелиться. Когда руки снова начали ему подчиняться, он стер холодный пот со лба, не понимая, что, черт побери, с ним стряслось.

Потом Гарри повернулся и увидел, что Снейп стоит на краю поляны, скрестив руки, с привычным раздраженным нетерпением на лице. Перехватив взгляд Гарри, он махнул рукой в сторону корня, как будто говоря "да разберись уже с ним, наконец".

Гарри снова повернулся к корню, внимательно изучил его и не заметил ничего необычного. Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов и снова наклонил голову, вслушиваясь в размеренный гул земли под ногами, позволяя ему нарастать…

Крики. Ужас. Чудовища… что-то красное паукообразное летело прямо на него, так быстро, что он не успел рассмотреть. Его руки — в чем-то красном по самые запястья, и это красное капает… Мерзкое, каверзное хихиканье, вероломное и совершенно зловещее. Булыжники, заляпанные рвотой и кровью c прилипшими к ним обрывками ткани. И над всем этим неясный черный силуэт — обычный вроде человек, но он огромен, плащ разлетается с протянутых в жадном объятии рук, пытаясь окутать весь мир покровом тьмы, тьмы, тьмы…

А потом он вдруг снова стал просто Гарри, стоящим на солнечной поляне августовским утром, продрогшим до костей и дрожащим, как параличный старик. Что-то коснулось его локтя, он резко повернулся, едва сдержав вопль ужаса, и не успев себя остановить, отшвырнул Снейпа высоко в воздух к огромной сосне по другую сторону поляны. Гарри, потрясенно распахнув глаза, вскинул руки, и Снейп будто наткнулся на невидимую стену в метре от уже почти проткнувших его сучьев.

Гарри медленно, осторожно опустил Снейпа на землю, не решаясь сдвинуться с места, пока не увидел, что профессор твердо стоит на земле.

А потом отвернулся, и его буквально вывернуло наизнанку.

* * *

Гарри стоял под очень горячим душем, пока его кожа не покраснела, и ожесточенно тер себя мочалкой. Когда он, наконец, выключил воду, его все еще трясло, но все же он как-то ухитрился вытереться, почистить зубы и одеться без особых происшествий — только лишь дважды уронил зубную пасту в раковину и застегнулся не на те пуговицы, так что пришлось начинать сначала.

Вернувшись в комнату, он заметил, что кушетка приобрела свой первоначальный вид, а в камине, несмотря на теплый летний день и яркий солнечный свет, бьющий в окна, горит огонь. Снейпа не было видно. Гарри подошел к креслу и рухнул на него, радуясь дополнительному теплу — теперь, когда он вышел из-под горячей воды, его снова начала пробирать дрожь.

Едва он успел сесть, как дверь распахнулась, и в комнату вошел Снейп c палочкой в руке — он левитировал перед собой большую вязанку дров. Точное движение палочки, и дрова улеглись в аккуратную поленицу справа от очага. Гарри внимательно наблюдал за перемещениями дров, потому что это было намного легче, чем смотреть на Снейпа.

— Хочешь чаю? — спросил Снейп, и тут уж Гарри пришлось на него посмотреть — вопрос был задан спокойно, безо всяких эмоций, как будто ничего не произошло, будто они всего лишь немного позанимались, и вот наступило время перерыва.

— Я тебя чуть не убил, — произнес Гарри тихим, сдавленным, несчастным голосом.

Снейп выгнул бровь.

— Это не ускользнуло от моего внимания. Но я не вижу тут никакой связи с тем, хочешь ли ты чаю.

— П-прости м-меня, — прошептал Гарри, почти заикаясь. Снейп просто отвернулся и занялся приготовлением чая. Гарри уставился в пол, обхватив плечи руками. Его все еще трясло.

Когда Снейп вернулся и протянул ему кружку, Гарри взял ее. В душе его созрело решение — он не знал, правильное ли оно и куда его приведет, но был уверен, что именно с этого нужно начать.

— Я должен спросить тебя кое о чем, — тихо сказал он, и поднял голову. — Мне нужно знать… Я хочу, чтобы ты рассказал мне, что я сделал… с МакНейером.

Снейпа, судя по всему, удивила эта просьба.

— Зачем?

Гарри снова уставился в чашку.

— Потому… из-за того, что я только что видел… там, на поляне… Теперь мне кажется, что лучше знать, чем не знать. Мне нужно знать, на что я способен.

Снейп принес один из кухонных стульев, осторожно поставил его рядом с Гарри и сел, держа в руках свою чашку.

— Мистер Поттер, — очень серьезно сказал он. — Вы уверены? Это история не из приятных.

Гарри заставил себя посмотреть ему в глаза.

— Представь себе, что ты сделал что-то ужасное, худшее в своей жизни, но ничего не можешь об этом вспомнить… разве ты не хотел бы знать?

Снейп нахмурился.

— Полагаю, вопрос риторический. Да, я предпочел бы знать все. Мое удивление вызвано лишь тем, что ты считаешь так же.

— Теперь — да, — грустно ответил Гарри.

* * *

Гарри слушал молча, хотя сначала его поразило, как Снейп может настолько спокойно рассказывать о таких гадостях. Как будто Гарри выслушивал отчет: сухие факты, со всеми необходимыми подробностями, но не отягощенные эмоциями. Конечно, в какой-то степени это было понятно — Снейп, наверное, годами приходил с подобными отчетами к Дамблдору. Но все же это беспокоило, действовало на нервы, и снова пробуждало неприятное ощущение, что несмотря на все, через что им пришлось пройти вместе, он совсем не знал Снейпа.