И с чего это сегодня мне вдруг вздумалось принарядиться? Вполне можно было заявиться на день рождения Михаила, моего двоюродного брата, в джинсах, футболке и темных очках. Никто бы на меня и внимания не обратил. А теперь этот нахальный тип просто дышит мне в затылок. Хотя, надо признаться, темно-синее, в цвет глаз, платье для коктейлей, что на мне надето, никто и впрямь образцом целомудрия не назовет. Распущенные кудрявые волосы и линзы вместо очков в строгой оправе тоже непорочности не добавляют.

Забавно, но с Виталием, который не отходит от меня сейчас, я много раз встречалась в своем офисе. И никаких поползновений с его стороны не замечала. Хотя понятно, что в компетентном юристе в деловом бесформенном костюме со строгой прической он женщины не видел. Нечто бесполое, на что не стоило тратить своего драгоценного внимания.

Зато сейчас, бесцеремонно оглядев меня с ног до головы и восхищенно присвистнув, он заявил, что точно знает, чего я хочу, поскольку это у меня на лбу написано, и пообещал исполнить мое желание по полной программе.

Я человек вообще-то спокойный и уравновешенный, но тут мне отчаянно захотелось двинуть ему по наглой мордуленции так, чтоб он впредь обходил меня по кривой за несколько километров. Остановила меня только мысль о Михаиле, здорово от этого типа зависевшем. Приходилось терпеть его скабрезности с застывшей улыбочкой, больше похожей на оскал. Хорошо, что он меня не узнал, а то как потом мне с ним разговаривать в деловой обстановке? Конечно, краснеть я не буду, но тем не менее…

Внешне он был весьма даже ничего, высокий, мускулистый, уверенный в себе. Правда, этого последнего в нем было явно с избытком. Хотя, возможно, во мне говорила излишне эмансипированная девица, и мужчины в самом деле должны быть уверенными и даже настырными? Разве это не свойство настоящих мачо?

Хозяева постарались на славу. На открытых мангалах жарились шашлыки, на барбекю томились пряные ребрышки под маринадом. Под старой яблоней за заставленным спиртным и закусками столом сидели гости, периодически провозглашавшие заздравные тосты.

Было много незнакомых мне людей, на свое тридцатилетие Михаил пригласил целую уйму разного народа. С нашей стороны родственников было немного. Но это и понятно, почти все они жили в Сибири, ехать далеко.

Погода стояла замечательная, солнышко мягко грело, звучала приятная негромкая музыка, в общем, все было комильфо, то есть так, как и подобало в юбилей небедного бизнесмена. Виталий, правда, омрачал мне этот сказочный денек своим нахальством, и я уже начала изобретать способы, как от него отделаться, когда ко мне подбежала Ирина, жена Михаила. Она была бледна и непривычно взволнована. Дрожащим голосом сообщила, что у них ЧП. Из спальни пропали все ее драгоценности и деньги, которые они приготовили, чтоб поехать в круиз вокруг Европы. Причем из сейфа!

Особо раздумывать было нечего. Ясно, это сделал кто-то из своих. Во всяком случае, тот, кто хорошо знает расположение комнат в доме.

Виталий, стоявший рядом, важно добавил про код от сейфа, который, по его мнению, мог знать только самый близкий человек. И многозначительно посмотрел на меня. Пришлось сжать кулаки, чтобы не двинуть его по наглой физиономии. Стиснув зубы, просветила, что у Михаила сейф столетний, никакого кода не нужно. Достаточно стетоскоп иметь. Виталий с подозрением посмотрел на меня и потребовал сообщить, откуда я знаю такие подробности из жизни медвежатников.

Очень хотелось сказать ему «от верблюда», но я сдержалась. Не удостоив его ответом, спросила у Ирины, всех ли гостей она знает. Та призналась, что далеко не всех. Миша пригласил кучу своих деловых знакомых. Добрую половину гостей она вообще видит впервые в жизни.

Стало ясно, что без Михаила не обойтись. Ирина вытащила мужа из-за стола и увела в дом. Военный совет мы устроили в подвале, возле монитора с камерами слежения. Виталий притащился за мной, и никакие намеки на то, что это сугубо семейное дело, его не остановили. Пришлось совещаться при нем.

Михаил не мог понять, как это могло случиться, и несколько раз переспросил у жены, не путает ли она чего. Ирина разозлилась. Неужели ее сверхмудрый муженек думает, что она стала бы поднимать такую бучу на пустом месте?

Виталий с интересом рассматривал людей, мелькающих перед камерами слежения. С привычным апломбом постановил, что выяснить, кто вор, трудностей не представляет. Достаточно прокрутить пленку назад и посмотреть, кто входил в спальню.

Михаил с явным неодобрением отринул эту ересь, заявив, что внутри дома камер нет. Зачем они? За самими собой следить?

Виталий немного подрастерял свою самоуверенность и признал, что задача усложняется. Может, вызвать полицию?

Михаил отказался. Чтобы испортить людям праздник? Да пусть уж лучше деньги пропадут!

Виталий чуть было не почесал в затылке, но вовремя сообразил, что это выглядело бы уж очень по-плебейски.

Михаил с Ириной вопросительно посмотрели на меня. Виталий тоже, но с недоумением. Похоже, его голову впервые посетила мысль, что я не такой уж пустозвонный мотылек, каким показалась ему поначалу.