— А на самом деле?

— Отдал их встреченному отряду Дома Серебряной розы, с условием, что их всех примут в Дом по полному ритуалу.

— Ну ты прямо Ангел Милосердия. Даже полный ритуал потребовал.

— После полного ритуала никто из них уже не мог претендовать на имя нашего Дома. Вот так он и прекратил свое существование.

— Вот, уже узнаю братика. А то какой-то слишком добренький получался.

— Это еще не все. Узнав от неофитов о том, что именно случилось в Ночь Черного пламени, Серебряная роза обвинила Фиолетовую хризантему в демонопочитании и отступничестве. Те кинулись искать отряд Мантикоры, чтобы доказать свою невиновность. Фиг они нашли, а не моих людей: я к тому моменту уже увел их из нашего мира. Так что Дом Фиолетовой хризантемы был стерт объединенным Светлым воинством.

— А дальше?

— Узнав о том, что Великий дом был уничтожен всего лишь одним демоном, остальные Великие дома, в величайшей тайне, но регулярно стали обращаться к Повелителю Всего-и-Ничего, и влияние Архитектора судеб сильно увеличилось.

— Красиво.

— А вот дальше... Я даже не знаю, стоит ли тебе рассказывать...

— Говори.

— В общем, помнишь того певца, которого мы как-то вместе слушали?

— Того русского?

— Да. Так вот... когда я слушал одну его песню... Он как все видел.

— Что за песня? У него много хороших.

— Когда из чрева лошади на Трою

Спустилась Смерть, как и положено — крылата

Над избиваемой безумною толпою

Кто-то крикнул — это ведьма виновата.

— Даже так?

— Именно так. Теперь ты — Скайла Горевестница, Проклятый Оракул. Оказывается, ты позавидовала своему брату, который наследовал власть, и прокляла свой Дом, призвав могущественного демона из Хаоса. Демон разрушил Дом, и ты уже торжествовала победу, когда раненый и умирающий Глава Дома сумел убить твое тело, чтобы спасти твою душу. А дальше идут многосложные рассуждения о том, как следует воспитывать Оракулов, чтобы эта история не повторялась.

— Хм... А что... Вполне себе легенда. Ничем не хуже многих других.

— Я боялся, что ты это хуже воспримешь.

— Я ничего не могу изменить. Так что и переживать по этому поводу — не собираюсь. Ты-то как?

— Лучше. Знаешь, наверное стоило давно это тебе рассказать.

— Ты не знал. И я — не знала. А теперь — иди спать.

— И правда. Я же выполнил указание профессора и полностью успокоился... А пузыречек, пожалуй, припрячу — вещь хорошая, глядишь — пригодиться.

— СПАТЬ. Немедленно.

— Иду, иду.

Утро туманное.

Утро было... нелегким. Эх, если бы я не пообещал декану... Полный оборот разом разрешил бы все проблемы... Но данную ситуацию вряд ли можно отнести к "угрожающим жизни". Поэтому пришлось выпутываться, используя менее радикальные средства. К счастью, способности мантикоры к регенерации весьма обширны, так что восстановиться — было только вопросом времени. С другой стороны, алкоголь — яд весьма широкого спектра действия, так что, отловить и залечить все полученные повреждения... Это была та еще задачка. А уж как представляю попытку разрешить ее, не имея доступа к Тьме и характерному для Темных путей преобразованию боли в Силу... В общем, что там долго рассуждать. Я справился, и это — главное.

Миа уже ждала меня в гостиной. И вид у нее был... Сказать, что не выспавшийся... не то, чтобы совсем ничего не сказать... но и полного представления о проблеме такое описание явно не давало.

— Герми, что с тобой?

— Мне... мне приснился кошмар.

— Расскажи. Глядишь, станет легче.

— Мне снилось, что я стою в зале... Стены затянуты серой тканью. И еще — на них висят щиты с гербами. То есть, я откуда-то знаю, что там должны быть гербы, но рассмотреть их не могу.

— Кай, не нравится мне это. Совсем не нравится.

— Да уж. Пьяный демон — это страшно. А уж пьяный демон-псайкер...

— Хоть ты не издевайся.

— Ставь защиту от подслушивания. Директору ни к чему слышать эту историю.

— Хорошо. Спасибо профессору Снейпу за то, что научил.

— Он — очень ценный союзник.

— Вот еще бы ты подсказала, будет ли союзником МакГонагалл.

— Это еще не решено.

— Какой-то мужчина с яркими, почти золотыми волосами...

— Хм... если это то, что я думаю — волосы не почти, а на самом деле золотые. Буквально.

— Ты прав, братик. Ты прав. Это оно и есть.

— И в лазурных одеждах вышел перед собравшимися. Он говорил, что намерен очистить Честь и Имя Дома, я правда не поняла от чего: мужчину прервала светловолосая девочка в серебристом платье. Она что-то говорила об отсеченных ветвях и о шторме... правда я не очень поняла... И еще... Мне кажется, что они говорили на каком-то другом языке, не по-английски... Но я их почему-то понимала, хотя и не полностью. И мужчина обошел девочку, обнял ее и начал успокаивать, а потом...