Портрет к фильму «Песнь песней». 1933 год.

Но она и играла так, что рядом с ней мало кого можно поставить. Дитрих вытягивала любую, даже самую слабую картину. Если нечего было играть, она пела. Если в фильме не было хорошей песни, она… просто молчала. Присутствовала в кадре. И это уже очень много, ибо она как великая актриса умела сказать своим молчанием больше, чем словами. К своей профессии Дитрих относилась очень серьёзно.

Ей повезло в том, что она благополучно миновала эпоху немого кино и в Голливуде стала сниматься сразу в звуковых картинах. Её немое кино осталось в молодости — там, в Германии, во времени бесплодных трудов, неудач и разочарований.

Её успех был обусловлен синтезом внешних данных, актёрского таланта и дивного низкого голоса. Ей достаточно было запеть, чтобы зрительный зал заворожённо затих и ловил каждое её слово, каждый звук, каждое движение.

История успеха — это история того, как человек оказывается в нужный момент в нужном месте. В 1930 году все ведущие киностудии Америки выпустили свои первые звуковые фильмы. Зрителя привлекали новым чудом — «говорящим кино». И ожидания кинопромышленников оправдались — кинотеатры, в короткие сроки переоборудованные по последнему слову техники (а задача являлась архисложной — требовалось заменить тысячи проекторов, оснастить залы звуковоспроизводящей аппаратурой, выстроить акустику помещений), были забиты до отказа. В разгар экономического кризиса денежный поток в киноиндустрию не иссяк, а, наоборот, приумножился.

Портрет к фильму «Кровавая императрица». 1934 год.

И Дитрих пришлась весьма кстати. Многие звёзды мирового кино мгновенно вышли в тираж. Нищали и пропадали в безвестности те, кто ещё вчера были властителями дум. Вместо великих мелодраматических актрис прошлого пришли новые звёзды — Гарбо и Дитрих. Актрисы, которые умели не только разыгрывать перед камерой пантомиму, но и говорить, и восхитительно петь… В кино произошла, по сути, революция. Актёры немого кино уступили место театральным актёрам. Хотя Гарбо никогда не играла в театре, а Дитрих играла гораздо меньше, чем в кино.

А как она пела… Впрочем, почему «пела»? Поёт! Кинематограф — искусство, устаревающее очень быстро. Очень немногие фильмы 1930-х годов сегодня, спустя семьдесят и более лет, смотрятся современно и не вызывают некоторого отторжения — из-за условности, сомнительной достоверности, иного уровня зрелищности. Но музыка — вечна.

Старые фильмы, в том числе и те, в которых играла Марлен Дитрих, сегодня вы отыщете разве что в фильмотеках коллекционеров. А музыка живёт. И песни Марлен Дитрих можно обнаружить в глобальной информационной сети — в Интернете (кстати, при желании и определённой настойчивости там можно найти и её фильмы).

Она обладала совсем не выдающимся голосом, не позволившим бы любой другой актрисе реализоваться как певице. Но это была Марлен Дитрих. Её голос дополнял драматический талант.

Уже в солидном возрасте, когда Марлен почти не играла в кино, она разъезжала по миру с концертами, которые мы бы назвали, скорее, встречами со зрителями. В СССР, к примеру, во время единственного концерта в Москве (в 1963 году) Марлен пела свои знаменитые шлягеры, но они не нашли отклика в сердцах советского слушателя. Её песни прошли мимо него, как и большинство её фильмов. Однако выступление Дитрих стало заметным культурным событием.

Но когда актриса выступала перед теми, кто знал и любил её фильмы, ей неизменно устраивали долгие овации.

И ещё… Количество выпущенных ею пластинок невозможно подсчитать. Оно огромно.

Дитрих выступает перед солдатами на фронте. Бельгия. 1944 год.

Марлен обладала огромным обаянием, пленниками которого становились многие мужчины и женщины. И это при том, что неотъемлемой частью образа суперзвезды Голливуда была внешняя неприступность…

Голливудский режиссёр Тай Гарнетт рассказал такую историю. В 1940 году он получил заказ на съёмки картины «Семь грешников» с Марлен Дитрих в главной роли. Проблема заключалась в том, что капризная и своенравная Дитрих соглашалась сниматься далеко не со всеми партнёрами. Гарнетт присмотрел на главную роль талантливого молодого актёра — Джона Уэйна. Но… как узнать, согласится ли Дитрих играть с новичком?

Режиссёр решился на эксперимент. Он поставил Уэйна у стены — в коридоре, по которому обычно шёл с актрисой в буфет. Поначалу Марлен не обратила на Джона Уэйна ни малейшего внимания. Но, миновав его, остановилась, медленно обернулась, смерила взглядом с головы до ног. А потом своим грудным низким голосом произнесла: «Папа, купи мне это…»