Поскольку визитной карточкой нового российского президента в Тояко были заявлены открытость для переговоров и готовность к компромиссам, все участники саммита G8, и особенно США, заготовили для Дмитрия Медведева целый «лонг-лист» различных требований. И если в случае Дж. Буша речь зашла о полном прекращении поддержки иранской ядерной программы, а также о том, что размещение элементов американской ПРО в Европе — дело решенное и обсуждению не подлежит, то, например, японцы молча обозначили на всех картах саммита Южные Курилы уже как свою территорию. Характерно, что никаких протестов по данному поводу со стороны российской делегации пока не последовало.

Что же касается Джорджа Буша, ему Медведев пообещал практически все, чего тот требовал, вдобавок изъявив готовность оказать США дополнительную материальную помощь, в том числе вложить еще около 100 млрд. долл. в американские инвестиционные фонды.

С представителями ЕС, Канады и Японии президент РФ был не менее предупредителен. Но, опять же, все сводил к необходимости дальнейших переговоров и к поискам компромиссов по спорным вопросам. И эта позиция вполне понятна: заручившись, хотя бы на словах, полной поддержкой Азербайджана, Казахстана и Туркмении по фактическому созданию газоэкспортного консорциума на базе российской системы трубопроводов, Дмитрий Анатольевич явно мог позволить себе сыграть в приятного молодого человека с актуальной жизненной философией «чего изволите? договоримся». Тем более, что у его собеседников на саммите (за исключением Дж. Буша) просто нет в руках рычагов, достаточных для того, чтобы получить свое «чего изволите?» без «договоримся». А, вступая в процесс достижения таких договоренностей, они тем самым объективно еще больше усилят позицию Медведева — в том числе и по отношению к Америке.

Единственной тенью на этой почти безоблачной внешнеполитической картине является то, что нового «хозяина Кремля», несомненно, в самое ближайшее время начнут «пробовать на излом», создавая ситуации, аналогичные «Норд-Осту» или Беслану, и норовя под видом наведения маникюра отхватить вновь выросшие у «русского медведя» когти по самые плечи. И если он при этом даст слабину, то его, в конце концов, постигнет судьба Горбачева, который в середине 80-х годов имел на руках куда большие козыри, чем Медведев сегодня, но умудрился все их раздать «за так».

Нашей стране сегодня нужна достаточно гибкая внешне, но достаточно жесткая в основе своей геостратегическая доктрина, целью которой является не только внутреннее Развитие, но и постепенное восстановление «Большой России», без которого Развитие вряд ли возможно.

«Завтра», 2009, июль, № 29

Грузия развязала тотальную войну, бросив в сражение весь свой военный, политический и моральный ресурс. Всеобщая мобилизация. Тезис: «Война до победного конца». Использование новейшей техники, тяжелой артиллерии и авиации. Уничтожение не просто осетинской армии, но испепеление городов, сжигание сел, убийство тысяч мирных людей. Огонь по больницам, детским садам, университетам. Добивание пленных. Изгнание с мест исторического обитания целого народа, подобно тому, как действовали древние евреи, завоевывая «обетованную землю», и евреи современные, «зачищая» от палестинцев «жизненное пространство». У этой войны есть множество аспектов, множество явных и неявных смыслов, и их число ежедневно растет.

Это война Грузии с Южной Осетией как результат «либерального» расчленения СССР с дроблением великих пространств, этнических общностей, культурных и религиозных связей. Вместо кристалла империи — жидкий кисель мнимых государств, агрессивных вождей, тлеющих войн, готовых брызнуть кровью по всем границам нынешней обрубленной России.

Это война Грузии и России, в, которой Родина впервые после 91-го года отстаивает свои национальные интересы в зонах традиционного влияния, в данном случае — на Кавказе, куда устремились вековечные враги русских: Англия, Америка, Турция. Кровавая, учиненная Грузией бойня дает понять, во что превратится Грузия в случае ее вступления в НАТО. Какой беспощадный и лютый враг появится на границе с Россией.

Это война России с Америкой, которая, как заградотряд, маячит за спиной атакующей грузинской армии. Америка поставила грузинским президентом своего агента Саакашвили. Америка вооружила и организовала грузинскую армию, научив ее тактике «выжженной земли», проверенной во Вьетнаме, Афганистане, Ираке. Америка толкнула в войну Грузию, нанося удар по всей хрупкой архитектуре русского Северного Кавказа, провоцируя Россию на жесткий ответ, после которого пропагандистская мегамашина штатов объявит Россию новой «империей зла».

Это война Саакашвили и Путина, двух лидеров, двух антиподов. Война, окрашенная их психологиями, репутациями, централистским характером их правлений. «Фактор Путина» объединяет Россию, обеспечивает ее целостность, загоняет в подполье множество внутрироссийских противоречий. Если Путин проиграет, то повалится вся Россия, вылезут на поверхность все черви сепаратизма, вся «агентура влияния». «Фактор Саакашвили» питает униженное грузинское сознание мечтой о восстановленном величии, о реванше, о Великой Грузии. Проигрыш Саакашвили, гробы с грузинскими танкистами и пехотинцами будут стоить ему президентского кресла, а Грузии — ее остаточной целостности. Вслед за Абхазией и Южной Осетией начнут откалываться Сванетия, Мингрелия, армянские анклавы, превращая Грузию в костную муку.

Эта война имеет тенденцию разрастаться, накрывая огнем соседние земли, детонируя взрывы во все окрестные регионы, и дальше, по всей «дуге нестабильности», опоясывающей планету. Уже воюет Абхазия. Украина щелкает затворами, посылает свои корабли в Поти, под бомбы русских штурмовиков. Черноморский флот России блокирует побережье Грузии, грозя пушками конвоям с вооружениями, будь то украинские или турецкие судна. Напрягся русский Крым, угрюмо смотрит левобережная Украина.

Прибалтийские эмиссары устремились в Тбилиси. Америка, добившись хаоса на Кавказе, ближе, чем когда бы то ни было, к войне с Ираном. Война приближается к нефтяным полям Ближнего Востока, затрагивая стратегические интересы Китая и Европы. Дипломаты и стратеги просчитывают превращение грузино-осетинского конфликта в Третью мировую.