— Зачем вручать в войсках Президентскую премию для поощрения лучших, если эти лучшие определяются сверху, а не по реальным и объективным результатам службы и с одобрения офицерского собрания части?

— Зачем уничтожать дивизионное звено, если оно должно быть матричной основой действия бригад и кузницей высших офицеров армии?

— Зачем делать должность комбрига полковничьей, если это уничтожает мотивацию к службе, так как дивизий уже не будет и генералов выращивать будет негде?

— Почему возникают все новые и новые планы вооружения армии новым оружием, если не реализованы и старые?

— Почему уничтожается последняя дееспособная и боеспособная структура армии — ГРУ ГШ, если все армии мира формируют командования сил специальных операций, а наш «перспективный облик» такого командования даже не предполагает?

— Почему безрассудно со службы увольняются все офицеры, выслужившие установленные сроки по возрасту, а на основе их службы в запасе не создаются организованные резервы видов Вооруженных Сил, чего не предусматривает «перспективный облик ВС РФ», в то время как в России нет вообще никаких войсковых резервов стратегического уровня и взять их будет неоткуда, хотя войны нам еще предстоят в уже обозримом историческом будущем?

— Почему планируется сделать должность начальника офицерского и суворовского военного училища полковничьей, начальника факультета академии подполковничьей, а начальника курса академии майорской, хотя понятно, что исторически и функционально они должны быть высшими, так как сами по себе воплощают пример для подражания для своих воспитанников?

— Как создать новое качество профессионального военного образования, если наша военная мысль мертва, а лучшие достижения зарубежной военной мысли и наш собственный боевой опыт не изучаются?

— Почему армейская контрразведка не представила Вам списки коррупционеров в армии и они все еще продолжают находиться при своих должностях?

— Почему планируется практическое уничтожение курсов «Выстрел», если в армии нет ни одного полигона или учебного центра для отработки войсками вопросов боя в городе?

— Зачем уничтожается категория прапорщик, если нового сержанта взять негде, а идеи об их подготовке при офицерских училищах пока остаются намерениями?

— Почему пошли разговоры о превращении Генерального штаба ВС РФ в Объединенный Комитет начальников штабов по типу имеющегося в США, в то время как армии России и США имеют принципиально разное боевое предназначение — наша задача Родину защищать в основном на своей территории, а армия США предназначена для экспедиционных действий и захвата чужих территорий?

— Зачем в период масштабного экономического кризиса поспешно сокращать офицерский корпус России, а значит, уничтожать сотни тысяч рабочих мест, не имея возможности создать новые и адекватные рабочие места в экономике, тем самым усложнять и так непростую обстановку в стране?

Такие вопросы можно продолжать и продолжать, но сегодня уже наступило время, когда на них необходимо отвечать, как стало необходимо и нести ответственность за то, что получается в результате непрофессионализма и действий плодящих эти вопросы начальников.

Конечно, можно сказать, что все это совсем не так и что все это слухи, но тогда пусть хоть кто-нибудь скажет это прямо и откровенно и внятно объяснит все эти недоразумения.

Кто ответит на эти вопросы? Если такие руководители сегодня есть в Минобороны и Генштабе, то пусть они попробуют ответить на эти вопросы Вам не кулуарно, а в нашем присутствии.

Мы готовы к такой работе и уверяем Вас, что если нам будет доказано что-то, что действительно имеет смысл и перспективу, то мы поддержим эти направления и мероприятия реформы, своим авторитетом успокоим армию и будем всячески помогать Минобороны в их реализации, а если выявится что-то некорректное или опасное, то прямо скажем Вам об этом и обратим Ваше внимание на необходимость корректировки или устранения этого.

Сегодня никто из руководства Минобороны не может привести ни одного внятного доктринального или тем более удовлетворительного профессионального обоснования проводимых мероприятий, армия и общество не знают, кто является автором реформ и кто будет нести персональную ответственность за ее успех или провал.

К сожалению, сегодня никто из руководства государством и Вооруженными Силами не хочет прямо и откровенно говорить с армией и экспертным сообществом по проблемам военной реформы, а монологи военных чиновников ничего не объясняют, так как они говорят сами с собой, слушают себя также сами, а их аудитория подбирается так, что в ней никто не может ни профессионально правильно сформулировать вопрос, ни профессионально правильно прокомментировать их ответ.

Крайне плохо обстоят дела с информационным обеспечением военной реформы: российскому обществу и армии не разъясняются намерения и ход проведения мероприятий военной реформы; гражданского контроля за ходом реформ нет; тема военной реформы является запретной для СМИ всех видов и уровней, а редкие профессиональные и трезвые оценки состояния дел, появляющиеся в них, просто игнорируются чиновниками Минобороны, и состояние дел только ухудшается.

Парадоксальность ситуации усиливается тем, что в Минобороны практически никто ни на один вопрос по реформе Вооруженных Сил ответить не может и отвечать не хочет.