Шрифт:
«Я, откровенно признаюсь, не любил, чтобы меня, как говорится, вели по полю сражения за руку. И надо сказать, Александр Михайлович Василевский с большим тактом руководил действиями командующих фронтами. Свои замыслы и решения Ставки он претворял в жизнь твердо, но без излишней опеки. Постоянная связь с представителем Ставки (нередко он в течение многих дней находился при штабе фронта, особенно в решающие моменты боевых действий) облегчала командующему принятие важных решений в обстановке, когда для получения одобрения Верховного уже не было времени. Наиболее ощутимую помощь получал я от А. М. Василевского в тех случаях, когда надо было добиться согласованных действий с соседями при решении общей задачи на стыке фронтов, как это было, например, в период разгрома даугавпилсской группировки врага. Кроме того, постоянный контроль со стороны представителя Ставки имел и еще одну важную особенность: меньше было возможностей для принятия поспешных, необдуманных решений».
Ночью 30 июля началось наступление 3-й ударной армии 2-го Прибалтийского фронта. Части 150-й стрелковой дивизии полковника В. М. Шатилова по деревянной тропе, проложенной саперами за день до наступления, преодолели болото Лиелайс-Пурвс и внезапно атаковали противника. В результате им удалось захватить четырехкилометровый участок на шоссе и железной дороги, которыми враг мог воспользоваться для отхода. Успех 150-й стрелковой дивизии облегчил действия наступавшей справа 171-й стрелковой дивизии и слева 207-й стрелковой дивизии.
В полосе 33-й армии 3-го Белорусского фронта по указанию Василевского утром 30 июля в прорыв был введен 2-й гвардейский танковый корпус. Он продвинулся в глубину обороны противника на 35 км, завязал бой за Вилкавишкис. Соединения 65-го и 72-го стрелковых корпусов 5-й армии вышли на ближние подступы к Каунасу, а утром 31 июля части 63-й стрелковой дивизии завязали бой в городе. Успеху наземных войск способствовали действия 1-й воздушной армии генерал-полковника авиации Т. Т. Хрюкина, господствовавшей в воздухе. Противник, чтобы избежать угрозы окружения своей каунасской группировки, начал отход перед левым флангом 5-й армии и в полосе 33-й армии. Войска 3-го Белорусского фронта перешли к преследованию. Используя успех 2-го гвардейского танкового корпуса, части 19-го стрелкового корпуса 33-й армии овладели городом и железнодорожной станцией Мариямполе (Капсукас).
1 августа соединения 5-й армии полностью освободили Каунас. К этому времени войска 3-го Белорусского фронта продвинулись до 50 км и расширили прорыв до 230 км, выйдя на рубеж Кедайняй, Каунас, Пильвишки, Мариямполе, Сейны. Противник, стремясь не допустить выхода войск фронта к границам Восточной Пруссии, стал наносить сильные контрудары северо-западнее и западнее Каунаса.
Войска 1-го Прибалтийского фронта, наступая на рижском направлении, встретили упорное сопротивление противника. 2 августа вечером Василевский доложил Сталину, что для дальнейшего выполнения поставленных задач 1-й Прибалтийский фронт нуждается в дополнительном и срочном усилении, и вновь напомнил о 5-й гвардейской танковой армии. Кроме того, Василевский просил перебросить сюда хотя бы один корпус из 4-й ударной армии 2-го Прибалтийского фронта, компенсировав последнюю двумя стрелковыми корпусами из резерва Ставки. Сталин обещал выполнить эти просьбы, и на следующий день генерал Антонов сообщил, что соответствующее решение принято.
Еще через два дня Сталин разрешил с 8 августа вернуть на 1-й Прибалтийский фронт со 2-го Прибалтийского фронта 4-ю ударную армию в составе двух корпусов. Третий корпус был направлен на усиление 22-й армии 2-го Прибалтийского фронта.
Войска 3-й ударной армии 2-го Прибалтийского фронта, развивая наступление, к исходу дня 13 августа вышли в район западнее Мадоны. Здесь они остановились, чтобы привести себя в порядок и подтянуть тылы. До Риги по прямой оставалось пройти менее 150 км. Войска 3-го Прибалтийского фронта, осуществляя на своем правом крыле Тартускую операцию, продвигались левым крылом вдоль эстонско-латвийской республиканской границы.
13 августа Василевский направил Сталину доклад, согласованный с военным советом 1-го Прибалтийского фронта, в котором обобщил данные разведки, итоги последних боев и сообщил о создании врагом оборонительного рубежа по р. Мемеле. Здесь было развернуто до 7 пехотных дивизий, а в лесах южнее Риги сосредоточивалась группировка войск для наступления с севера на Митаву (Елгаву). В то же время западнее Шяуляя было зафиксировано другое скопление противника. Василевский полагал, что враг попытается рассечь с двух сторон клин, вбитый войсками 1-го Прибалтийского фронта в сторону Рижского залива. Чтобы помешать этому, предлагалось усилить 4-ю ударную армию, которая должна наступать от Крустпилса вдоль Даугавы на Ригу, а также 6-ю гвардейскую армию, направив ее наперерез вражеской группировке. 43-ю армию планировалось развернуть правее 51-й армии, организовав прочную оборону по р. Мемеле. Одновременно намечалось уплотнить боевые порядки 51-й армии в районе Митавы, создав там недоступную для танков и пехоты оборону по р. Лиелупе.
3-й гвардейский механизированный корпус предусматривалось держать наготове для нанесения контрударов в направлении всех трех железных дорог, идущих из Митавы в Лиепайскую область, а силами 2-й гвардейской армии и 1-го танкового корпуса прикрывать Шяуляй, превратив его в сильный укрепленный район. Все эти предложения Сталин утвердил.
16 августа противник силами 6 танковых, одной моторизованной дивизий и двух танковых бригад нанес удар по войскам 1-го Прибалтийского фронта из Курляндии и Жмуди. Удар под Шяуляем удалось отразить, но под Тукумсом противник сумел оттеснить войска фронта от Рижского залива и восстановить сухопутную связь с группой армий «Север». Там образовался шедший через Ригу вражеский коридор шириною до 50 км.
Командующий 2-м Прибалтийским фронтом, стремясь разгромить мадонскую группировку противника, решил силами 10-й гвардейской, 3-й ударной, 22-й армий и 5-го танкового корпуса при поддержке 15-й воздушной армии нанести удар 17 августа вдоль железной дороги Мадона — Рига. Василевский одобрил это решение.
Утром 17 августа после 35-минутной артиллерийской подготовки войска 3-й ударной армии атаковали позиции противника. Они с ходу форсировали р. Аропа и стали развивать наступление в северо-западном направлении. В полдень в сражение был введен 5-й танковый корпус. Противник, не ожидавший такого удара на этом участке, поспешно откатывался назад. Однако с 18 августа он стал оказывать все более упорное сопротивление. Несмотря на это, передовые части 5-го танкового корпуса, преодолев 30 км, прорвались в район Эргли. 19 августа в район юго-восточнее Эргли вышел 100-й стрелковый корпус. Противник, стремясь удержать за собой этот важный узел шоссейных дорог, силами трех свежих пехотных дивизий при поддержке авиации нанес несколько контрударов по 3-й ударной армии. В ходе упорных боев ему удалось к исходу дня потеснить передовые части 21-й гвардейской и 28-й стрелковых дивизий, находившихся на подступах к Эргли. В исключительно трудном положении оказались в этом районе и части 5-го танкового корпуса. Им с боем пришлось выходить из окружения. В конце августа 3-я ударная армия перешла к обороне на достигнутом рубеже. Для дальнейшего наступления на рижском направлении требовалась тщательная подготовка. Войска 3-го Белорусского фронта, отразив контрудары противника, к концу августа продвинулись еще на 30–50 км и основными силами вышли к заранее подготовленным укрепленным позициям противника на рубеже восточнее Расейняй и Кибартай, Сувалки.