Войска 3-го Белорусского фронта, отбив многочисленные контратаки противника, вскоре вновь перешли в наступление. Несмотря на отсутствие активных действий со стороны соседей и нехватку тяжелых танков и самоходно-артиллерийских установок, войска фронта все же сокрушили мощные долговременные укрепления противника на границе Восточной Пруссии и продвинулись до 30 км в глубь вражеской территории, расширив прорыв до 140 км по фронту.

Дальнейшее наступление войск 3-го Белорусского фронта сопровождалось значительными потерями, ибо противник, перебросив крупные силы с неатакованных участков и соседних фронтов, стал оказывать все более упорное сопротивление. Поэтому 27 октября Василевский и Черняховский приняли решение о переходе к обороне на рубеже Сударги, Шиллен, Августов. Сталин не стал возражать и 5 ноября директивой № 220 235 подтвердил это решение. [398]

В ходе Гумбиннен-Гольдапской наступательной операции войска 3-го Белорусского фронта не сумели выполнить полностью поставленные задачи, так как у них не хватило сил и средств для преодоления мощной вражеской обороны. Из 404,5 тыс. человек, насчитывавшихся во фронте к началу операции, было потеряно 79 527 человек, в том числе 16 819 безвозвратно. [399] В то же время противник для отражения наступления войск фронта вынужден был перебросить в район Тильзита дивизии танкового корпуса «Герман Геринг».

В результате Мемельской и Рижской операций на Курляндском полуострове в западной части Латвии были отсечены от основных сил вермахта и прижаты к Балтийскому морю 16-я и 18-я армии группы армий «Север». Они насчитывали 450 тыс. человек. [400] На аэродромах Курляндии базировались 200 самолетов 1-го воздушного флота противника. С моря отсеченную группировку поддерживали корабли военно-морского флота, основные силы которого были сосредоточены в восточной части Балтийского моря. Войска противника занимали заблаговременно подготовленную оборону. Помимо тукумского оборонительного рубежа по линии Тукумс, Джукстэ, Луце (две полосы общей глубиной 10–14 км) были подготовлены два оперативных рубежа по линии Кандава, Салдус и по западному берегу р. Вента, оборонительные обводы у портов Лиепая и Вентспилс, а также ряд промежуточных и отсечных позиций. В целом вся территория котла представляла собой своеобразный укрепленный район с флангами, упирающимися в море.

Против войск группы армий «Север» в Курляндии действовали 1-й и 2-й Прибалтийские фронты в составе девяти общевойсковых (1, 3 и 4-я ударные, 6-я и 10-я гвардейские, 22, 42, 51 и 61-я), одной танковой (5-я гвардейская) и трех воздушных (3, 14, 15-я) армий. Их поддерживали авиация дальнего действия и Балтийский флот. Войска, испытывая трудности с боеприпасами, имели в 2 раза больше дивизий, однако их численность была в 1,5–2 раза меньше дивизий противника. В большинстве соединений насчитывалось всего 500–1000 человек активного состава.

Командование вермахта сразу же после отсечения группы армий «Север» планировало пробить коридор в Восточную Пруссию и вывести через него свои войска. С этой целью южнее Лиепаи спешно создавалась ударная группировка из специально сформированного 39-го танкового и 1-го армейского корпусов (3 танковые, 5 пехотных дивизий), усиленных значительным количеством артиллерии РГК и поддерживаемых 1-м воздушным флотом и кораблями.

Одновременно предполагалось нанести встречный удар из района Тильзита на Клайпеду танковым корпусом «Герман Геринг».

В связи с тем, что в полосе 3-го Белорусского фронта наступило временное затишье, маршал Василевский сосредоточил все свое внимание на действиях войск 1-го и 2-го Прибалтийского фронтом. Этого, как мы помним, требовал и Сталин. По решению Василевского войска левого крыла 1-го Прибалтийского фронта должны были нанести удар в направлении Лиепаи. 2-му Прибалтийскому фронту предстояло силами трех армий (42-я, 10-я гвардейская, 3-я ударная) нанести главный удар из района восточнее Ауце (55 км юго-западнее Тукумса) в направление Салдуса, а вспомогательный удар — смежными флангами 1-й ударной и 22-й армий вдоль железной дороги Елгава — Тукумс.

Утром 27 октября войска 3-й ударной армии 2-го Прибалтийского фронта при поддержке артиллерии и авиации перешли в наступление. Они, преодолевая упорное сопротивление противника, к исходу дня прорвали его основной рубеж обороны. Но враг не сдавался. За счет переброски частей с других участков ему удалось довести свою группировку, действовавшую против 3-й ударной армии, с трех до пяти дивизий. Поэтому с целью завершения прорыва вражеской обороны командующий армией генерал Герасимов в ночь на 28 октября ввел в сражение вторые эшелоны 7-го и 79-го стрелковых корпусов — 198-ю и 207-ю стрелковые дивизии. В условиях осенней распутицы, при низкой укомплектованности дивизий, ограниченных средствах усиления, испытывая недостаток в боеприпасах, войска армии сумели за пять дней продвинуться всего на 30 км и выйти на линию железной дороги Ауце — Лайжува.

Войска 10-й гвардейской армии, наносившие удар севернее, в обход Ауце справа, никак не могли прорвать оборону противника. В результате правый фланг 3-й ударной армии растянулся, для обеспечения которого пришлось задействовать две дивизии. Это не позволяло наращивать силу удара. Все попытки сломить противника, расчленить его и уничтожить окончились неудачно. Более тридцати вражеских дивизий продолжали оказывать упорное сопротивление. Генерал Шернер, стремясь повысить боеспособность своих войск, в одном из приказов отмечал: «Тем, кто по своей глупости или злонамеренности сравнивает положение наших войск с судьбой армии Паулюса под Сталинградом и болтает о котле, следует заткнуть глотку». [401]