Шрифт:
— Какие задачи предусматривается возложить на 3-й Белорусский фронт? — задал новый вопрос Сталин.
— Войскам фронта в новом составе, по выполнению поставленных перед ними задач, необходимо не позднее 20–25 февраля завершить разгром восточнопрусской группировки противника в районе Прейсиш-Эйлау, Вормдитт, Хайлигенбейль. В этом фронту будет содействовать 1-й Прибалтийский фронт.
— Хорошо, согласен. Отдавайте директивы за моей и вашей подписью.
Около трех часов дня командующему 2-м Белорусским фронтом маршалу Рокоссовскому была направлена директива № 11 021 о переносе основных усилий в Восточную Померанию. 9 февраля маршал Василевский направил командующим 2-м и 3-м Белорусскими фронтами директиву № 11 022 о переподчинении войск. [410]
410
Там же. С. 198–199.
Кроме того, 3-му Белорусскому фронту директивой № 11 023 предписывалось завершить разгром восточнопрусской группировки противника.
10 февраля основные силы 2-го Белорусского фронта приступили к проведению Восточно-Померанской операции. Войска 3-го Белорусского фронта совместно с армиями 1-го Прибалтийского фронта начали последовательное уничтожение прижатых к морю группировок врага. К этому времени темп наступления войск 3-го Белорусского фронта замедлился. Во многих стрелковых дивизиях насчитывалось не более чем по три с половиной тысячи человек, полки по численности равнялись батальону. В составе же хейльсбергской группировки противника входили 14 пехотных дивизий (в каждой более 10 тыс. солдат и офицеров), одна моторизованная и две танковые дивизии (по 100 и более танков в каждой). Всего с учетом штурмовых орудий у противника было более 600 бронеединиц.
Вечером 17 февраля Сталин, вернувшийся к тому времени из Крыма, обсудил с Василевским обстановку, сложившуюся на 1-м Прибалтийском и 3-м Белорусском фронтах.
— Быстрейшая ликвидация врага в Восточной Пруссии, — сказал Сталин, — позволит за счет войск 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов, во-первых, усилить основное, берлинское, направление и, во-вторых, освободить необходимую часть войск для подготовки их к переброске на Дальний Восток. Вам, товарищ Василевский, необходимо заранее наметить для этой цели две-три лучшие армии. И наконец, самое главное — Государственный Комитет Обороны, видимо, назначит вас главкомом войск на Дальнем Востоке. Мы же дали обещание союзникам помочь им разгромить японскую Квантунскую армию! А пока предлагаю выехать в Восточную Пруссию для оказания помощи командующим 1-м Прибалтийским и 3-м Белорусским фронтами.
— Есть, товарищ Сталин. Я прошу вас освободить меня от должности начальника Генштаба, так как большую часть времени нахожусь непосредственно на фронте, выполняя задания Ставки, а в Москве бываю лишь по вызовам.
— Кого же вы рекомендуете на должность начальника Генштаба?
— Генерала армии Антонова, который фактически исполняет эту должность, а меня оставьте на должности заместителя наркома обороны.
Сталин с удивлением спросил Василевского:
— А разве вас не обидит такое решение?
— Нет.
Услышав ответ Василевского, Сталин обратился к находившемуся здесь же Антонову и поинтересовался, как он относится к этому предложению. Алексей Иннокентьевич сказал, что не разделяет его. Сталин пообещал подумать. Затем он спросил Василевского:
— Когда вы сможете отправиться на фронт?
— 18 февраля.
— Я думаю, что вам надо дня два побыть с семьей, сходить в театр, а 19-го вечером накануне отъезда жду вас в Кремле.
В тот же день в восемь часов вечера Сталин подписал директиву № 11 025:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает возложить с 22 февраля с. г. на Маршала Советского Союза Василевского руководство боевыми действиями войск 3-го Белорусского и 1-го Прибалтийского фронтов».
В ходе штурма Хейльсбергского укрепленного района командующий 3-м Белорусским фронтом генерал армии Черняховский часто выезжал на передний край, чтобы на месте оказать помощь командармам. Утром 18 февраля он выехал в 3-ю армию генерала Горбатова. В районе г. Мельзак позади машины Черняховского разорвался снаряд. Один из осколков, пробив заднюю стенку машины и сиденья, в спину ранил командующего фронтом, повредил правую руку водителя и застрял в приборном щитке. На пути в госпиталь Черняховский скончался.
А. М. Василевский в это время с женой находился в Большом театре. Во время спектакля к нему подошел адъютант П. Г. Копылов, который сообщил, что Василевского просит к телефону Сталин. Он-то и сообщил маршалу о гибели командующего 3-м Белорусским фронтом и о решении назначить Александра Михайловича на эту должность.
Вечером 19 февраля перед отъездом на фронт Василевский был у Сталина. Он дал ряд советов и указаний, касающихся предстоявшей работы. Прощаясь, пожелал Александру Михайловичу и войскам победы и успехов. В приемной Поскребышев вручил Василевскому два пакета. В одном из них лежал приказ № 11 031 Ставки ВГК от 18 февраля. В нем говорилось:
«1. Ввиду смерти командующего войсками 3-го Белорусского фронта генерала армии Черняховского И. Д., последовавшей от тяжелого ранения, назначить командующим войсками 3-го Белорусского фронта Маршала Советского Союза Василевского А. М.
Маршалу Василевскому вступить в командование войсками фронта не позже 21 февраля с. г.
2. До прибытия на фронт маршала Василевского исполнение обязанностей командующего войсками фронта возложить на начальника штаба фронта генерал-полковника Покровского.
3. Приказ Ставки Верховного Главнокомандования № 11 025 от 17.02 о возложении на Маршала Советского Союза Василевского руководства действиями 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов отменить».